Немного историй взятых из головы, возможно воспоминаний, возможно и фантазий. По крайней мере: эти истории могут быть близки и вполне реальны для кого-то.
Страх появиться кому-то на глаза, поддаться осуждению и критике не давал мне спокойно жить, никто под конец моих дней не запомнил даже имени. Настолько серый и незаметный. Что уж говорить о личной жизни… Пока все работники офиса общались и смеялись между собой, я молча выполнял работу в сроки, чтобы не лишиться работы. Но больше всего я не хотел ненависти со стороны начальника.
Только один человек однажды всеми силами пытался быть со мной рядом и узнать получше. Художник, рисующий трамваи. Его давно нет, но помню одну фразу: “Если люди не творения бога, то точно произведения искусства”.
И вот теперь я еду в трамвае через полную тьму и не знаю, где моя остановка. Не знаю куда везёт меня. А я просто еду куда-то, и это так напугало меня. Я думал, что дверь никогда не откроется. Но если эту записку кто-то прочитает, я точно поддамся критике и обсуждению, буду жив в чьей-нибудь памяти. Забавно, правда?
В самой обычной семье ни с того, ни с сего наступила небольшая напасть. Десятилетний мальчик пытался уснуть под утро, чтобы набраться сил. Но чем ближе был конец дня, тем больше он ослабевал то ли во сне, то ли наяву. Даже самому мальчику не было до конца понятно где он сейчас. Видит ли он свою настоящую кровать и комнату, или же воображение во сне разыгралось. Проходили дни и недели, а он всё не может встать с кровати, еле шевелит пальцами и моргает время от времени. Взволнованная мать кормила сына с ложечки, надеясь что скоро всё пройдёт. И хоть через месяц его положили в больницу, мальчик все ещё видел перед собой свою кровать, небольшую тумбочку, на которой фотография со счастливой мамой и сыночком. Через три месяца женщина всё сильнее теряла надежду на выздоровление сына. Постоянно задаваясь вопросом: “Когда же он снова улыбнётся?”. В один момент, оставшись с сыном наедине, она посмотрела на безжизненное лицо, источающее лишь жалость и невозможное желание выбраться из оков. Она взяла его за тощую ручку, и со слезами на глазах произнесла: “Мальчик мой… Прошу тебя, дай знак… Что с тобой всё будет хорошо, и ты снова будешь улыбаться и смеяться… Как раньше…”
По руке юноши скатились слёзы матери, и тот поднял свои глаза на неё. Он всеми силами желал её подбодрить, в голове фраза “мама, не плачь” желала выйти и ударить сквозь невидимый, но такой сильный и жестокий барьер. Но в один момент взор пал на стоящую позади матери широкую трубу, которой не было раньше. Из неё начал доносится грохот и крики, сон и реальность перемешались, заставив видеть того, чего нет. Мальчик понял это и на миг подумал: “Вдруг мамы нет сейчас рядом, кто тогда эта женщина? И кто издал такой грохот? Как будто кто-то провалился в ней”. Эти мысли сильно напугали мальчика, и тот хотел как можно быстрее от них избавиться. Из последних сил он кричал от страха. Мама надеялась увидеть крохотную улыбку или в лучшем случае тёплые слова сынишки, но в этот момент вся надежда исчезла. Казалось, что теперь сын навсегда останется в таком состоянии. Его не спасти. Женщина в слезах убежала, оставив всю надежду за дверью.
То ли наяву, то ли во сне к мальчику приходил странный толстенький друг, который звал его погулять прямо из той трубы. Мальчик перестал пугаться её, но ответить другу он не мог. И почему-то он на самом деле думал, что знает этого человека уже очень давно. Пока его настоящий лучший друг совершенно не знает что с ним и пытается дозвониться до матери. Затем в какой-то случайный момент исчез, и появлялся только тогда, когда сынишка оставался один.
Мама хоть и стала реже навещать сына, но на его день рождения он ни могла не явиться. Осторожно зайдя в палату, она сказала, что тот проспал всю весну и началось лето. “Наступил твой день рождения, а ты даже не заметил…” Пытаясь повернуться на маму с кровати, чтобы улыбнуться и развеселить её, заметил как сильно ухудшилось зрение, ничего не было видно по бокам, только тьма. А медленные движения глазами и тяжёлая улыбка заставила маму ужаснуться ещё больше. Казалось, что сын потерял рассудок и сошёл с ума. Она не могла в это поверить, пока в голове не появилась мысль: “Это больше не мой сын”.
Спустя несколько недель, странный друг стал появляться наяву чаще, чем отчаявшаяся мать. Толстяк пытался вести с ним беседы, а для мальчика он был единственной опорой и другом, по крайней мере, которого он помнит. В один день его прихода, мальчик вновь почувствовал силу в своих ногах и руках. Он сумел ходить и махать ладонью в знак приветствия, когда толстяк пришел за ним вновь. В тот день толстяк сказал мальчику, что он вот-вот сможет пойти погулять, выйти из больницы и снова ощутить жизнь. Толстяк взял его за тоненькую ладонь и повел к выходу. Открылась дверь, и они вместе прошли через неё. Лучи солнца согревали радостное лицо юноши, пока тот не увидел свет. И дверь, через которую он прошёл во сне, была окном седьмого этажа.
Мальчик увидел свет.
