Я даже не заметила, как съела все, что мне принесли, но так ни к чему и не пришла. Спать в таком состоянии не представлялось возможным. Я скинула обувь, устроилась на диване, поджав под себя ноги, и принялась ждать Макса. В том, что он обязательно придет, пусть даже освободится под утро, я не сомневалась.
Макс пришел глубоко за полночь. Я бездумно листала журналы, все так же лежавшие на столе. Когда хлопнула дверь, подняла голову, наткнулась на внимательный взгляд черных глаз. Он молчал, а я совершенно не представляла, что сказать, как начать разговор, который очень нужен нам обоим. Уставший, с заметной щетиной на лице, похоже, он переоделся — рубашка была свежая, но рукава закатаны до локтя, ладони спрятаны в карманах брюк. Мне до ломоты в суставах хотелось броситься к нему, прижаться и никогда не отпускать. Но он молчал. И я не могла понять, что значит это тишина. Но прервать ее казалось жизненно необходимым, и я задала вопрос, который возник еще там, в горах.
— Что будет с теми, кто остался в Актарии? Их освободят?
Макс вздохнул, на секунду в его глазах промелькнуло сожаление, как будто совсем не это он хотел услышать. Но ответил:
— Да, максимум, что им грозит — еще немного померзнуть в камерах. Но это не страшно, скорее всего, уже завтра к вечеру они будут здесь.
— Хорошо. А что… Ты говорил, что король Оливер хочет объявить нам войну.
— Без Сферы у него нет шансов, и он это знает. Даже если он попытается это сделать, будет разбит еще на подступах к Эрдейлу. Не думай об этом. В резиденции сейчас тоже относительно спокойно. Конечно, предстоит еще много работы, но основные заговорщики найдены и будут наказаны. Не без твоей, кстати, помощи, — усмехнулся он, — если бы ты не заявилась сюда с самого утра, возможно, у них что-нибудь и получилось бы, а так, Ларс понял, что тебя не пустили к Крису и он сразу же об этом сообщил. Крис приказал найти тебя, но ты была уже далеко.
Тут он споткнулся и снова замолчал. Об этом стоило заговорить. О том, что я бросилась к нему, не поверив словам Хемета, не представляя, куда попаду, и как буду выбираться. Нужно было что-то сказать, но что? Там, в подземелье, я уже сказала, причину своего поступка и все остальные слова казались сейчас лишними. Говорить о будущем, когда непонятно, что происходит в настоящем, тоже казалось неправильным.
— А Вернер Лессер?
— Что именно тебя интересует? Если его самочувствие, то с ним все в порядке. Намечается серьезная перебранка, в которой он, скорее всего, потеряет свое место. А если ты говоришь о другом… Король лично проследит, чтобы были найдены доказательства его виновности в смерти твоего отца. Так что потеряет он гораздо больше.
Я кивнула. Да и что тут можно было сказать. Моя история, наконец, окончена. Я узнала все, что хотела и даже возникла вероятность, что виновный будет наказан. Об этом я и не мечтала.
Мы снова замолчали, казалось, разговор себя исчерпал, но Макс не спешил уходить, а я не спешила его прогонять.
Мы оба просто тянули время.
Наконец, Макс тихо сказал:
— Спасибо тебе. Что пришла за мной. Это было… неожиданно. Отдыхай.
И развернулся, чтобы уйти. А я поняла, что если сейчас он уйдет, мы уже никогда не вернемся к тому, что было. К черту все обиды и недосказанности, к черту других женщин! Сегодня я его чуть не потеряла, вот, что по-настоящему было важно. Во мне будто спусковой механизм сработал, я вскочила с дивана и, в два прыжка оказавшись у него за спиной, обняла, прижавшись всем телом. Уткнулась носом в рубашку и глухо сказала:
— Я все еще невероятно зла на тебя, Максимиллиан Рэй, но если ты еще раз вздумаешь умереть, я за себя не отвечаю.
Он напрягся всем телом, мышцы под моими пальцами казались деревянными. И мне на миг показалось, что сейчас он сбросит мои руки и, пожелав спокойной ночи, просто уйдет. Я даже обняла его еще крепче. Но потом он резко расслабился, выдохнул и, крутнувшись на месте, поцеловал. Просто, без всяких предисловий. Жадно, будто мы не виделись вечность. Хотя, судя по моей реакции, так оно и было. Я вцепилась ему в плечи и ответила. Яростно, отчаянно, словно в последний раз. И стали не нужны никакие слова и разговоры. Только руки и губы, жесткие поцелуи и объятья, сменяющиеся ласковыми и нежными прикосновениями. Я даже не поняла, как мы оказались в спальне, как избавились от одежды. Он будто заново изучал мое тело, а я просто плавилась от какого-то первобытного удовольствия.
Не знаю, сколько все это продолжалось. Когда мы лежали, тесно прижавшись друг к другу, за окном была непроглядная темнота. Та, что наступает перед самым рассветом. Но, несмотря на это спать никто из нас не хотел. Макс обнимал меня со спины, лениво переплетая наши пальцы, и сейчас тишина казалась уютным одеялом, ласково укрывшим нас.
Говорить тоже было лень, но у меня был еще один вопрос.
— Король удивился, увидев меня. Он что-нибудь говорил?
— Выразил желание пообщаться с тобой. Не сейчас, позже. На самом деле, он с самого начала был в курсе, кто помог найти Сферу, так что не так уж сильно он удивился, как хотел показать.
