Я заметила его замешательство и нахмурилась, не очень понимая, в чем причина. Он что, испугался Макса? Это было странно, учитывая, что Грегу такое поведение не свойственно.
— Почему? — удивилась я.
Какие выводы он сделал из того, что Макс просто стоит рядом и смотрит не слишком доброжелательно, чего я, кстати, за ним тоже раньше не замечала. На миг мне показалось, что эти двое знакомы, но задавать вопросы, значило еще сильнее накалить обстановку, а мне этого не хотелось, и я сделала то, что логичнее всего было сделать в такой ситуации — представила их друг другу.
— Это Макс — мой друг, — сказала Грегу. Другого слова я подобрать не смогла, — а это Грег, — повернулась к Максу, — мы учились на одном курсе в академии. — А затем снова обратилась к Грегу. — Нет, номер не изменился, звони, я буду рада увидеться еще раз.
Я говорила искренне, да и Грег наверняка действительно хотел встретиться снова, но, сдается мне, после предупреждающих взглядов Макса, он не позвонит.
— Ну, мне пора, — сказал Грег и ушел.
А я повернулась к Максу. Он не сказал ни слова, но я разозлилась и его хмурое выражение лица ни капельки меня не смутило.
— Макс, что ты здесь делаешь?
— Решил прогуляться, — он вдруг резко схватил меня за локоть и потащил в сторону выхода, — ты сказала, что будешь в баре.
— Какое твое дело? У меня выходной, гуляю, где хочу.
— На тебя недавно было совершено покушение.
— Не думаю, что в парке при резиденции мне что-нибудь угрожало, здесь полно охраны.
Он продолжал идти, сжимая мой локоть и даже не замечал, что делает мне больно. В конце концов, я дернулась, вырывая руку из захвата, заставив его остановиться, и почти крикнула со злостью:
— Да отпусти меня, наконец! В самом деле, Макс, что тебя так разозлило?
Таким я его еще не видела. Он был зол, причем зол на меня. Мне было непонятно, что я такого успела сделать и почему вообще он ведет себя со мной так, будто имеет на это какое-то право. Ночь, проведенная вместе, еще не повод так считать.
— Я отвечаю за твою безопасность, — сказал он так, словно я только что чуть не бросилась под колеса автомобиля.
— Перед кем?
Он выдохнул и уже спокойнее сказал:
— Перед собой.
Но мне не стало яснее, и я тоном, полным сарказма, протянула:
— А, ну это, конечно, многое объясняет.
А потом просто развернулась и пошла прочь.
— Ну, и куда ты пошла? — крикнул он мне вслед.
Я повернула голову:
— Не знаю, как ты, а я нагулялась. Пойду домой.
— Я отвезу тебя.
Это было сказано тоном, не терпящим возражений, и он нагнал меня в несколько шагов. Но мне порядком надоело это странное поведение и я, со свойственной мне прямолинейностью, сказала, резко развернувшись к нему:
— Он ведь узнал тебя.
— Кто? — опешил Макс.
— Грег.
Но он уже взял себя в руки и абсолютно спокойно ответил:
— Не понимаю, о чем ты. Я видел его впервые.
— Что ты скрываешь, Макс?
— Почему ты решила, что я что-то скрываю?
— Что ты делал здесь?
— Я был здесь по делам.
— В резиденции принца? Не рассказывай, что ты гулял по парку.
— Здесь много других административных зданий, — спокойно пояснил он, — например, отдел лицензирования. У меня заканчивалась лицензия на частную сыскную деятельность, я решил продлить ее, пока не поздно. Еще вопросы будут? — он иронично приподнял бровь.
А я поняла, что, наверное, действительно веду себя глупо. Какая мне разница, что он делал здесь, ведь на мне свет клином не сошелся. Или это прошлая ночь так повлияла на меня? В таком случае, стоит завязывать, присутствие этого мужчины рядом не идет мне на пользу, как личности. Я на мгновение прикрыла глаза, чтобы успокоиться, а потом вздохнула и сказала:
— Извини.
Он кивнул:
— Принято.
Его снисходительный взгляд снова чуть было не поднял во мне волну раздражения, но, чтобы не продолжать этот бессмысленный разговор, я повернулась и продолжила путь. Макс пристроился рядом.
— Сана, послушай, я понимаю, ты расстроена всем происходящим…
Но я перебила его:
— Не в этом дело, — я замолчала, размышляя, стоит ли откровенничать, но по всему выходило, что поговорить мне больше не с кем и продолжила, — я уже почти приняла и смирилась со всем, что происходит. С этими тайнами и секретами, с двойной жизнью отца, даже с тем, что мама мне врет. Просто я не знаю, кому верить.
— Верь мне.
— Почему? — я остановилась и посмотрела ему в глаза. — Почему ты так настойчиво просишь тебе доверять?
— Я хочу помочь тебе.
— Почему? Только не надо говорить сейчас, что я тебе плачу, и ты делаешь свою работу. Сомневаюсь, что кто-то другой за ту сумму, что ты выставил мне смог бы узнать то, что узнал ты. Назови настоящую причину.
Я сложила руки на груди и приготовилась услышать ответ. Хоть какой-нибудь. Но Макс вдруг шагнул и оказался слишком близко ко мне, наклонился, как будто хотел поцеловать и тихим вкрадчивым голосом спросил:
— Разве я не дал понять это прошлой ночью?
Он не отстранился, смотрел в глаза, и мне захотелось поцеловать его самой. Снова попробовать его губы на вкус. Но я усилием воли заставила себя выкинуть это из головы, и сказала то, что думала на самом деле:
— Нет. Ты еще больше меня запутал.
