Левая рука словно завибрировала, приводя Леру в чувство. Нить-связь? У правящей тени их было две: одна с Карин, а вторую она недавно установила с Ширейной. Всё-таки оставлять Шири совсем без защиты Лере не хотелось, несмотря на Елисея.
И сейчас нить сигнализировала о том, что девушке нужна помощь. Но боже Рейлин, что могло случиться с Шири в закрытой комнате?!
С трудом вынырнув из плена его глаз, Лера постаралась ответить как можно спокойней.
— Не могу сказать, что рада видеть тебя, Ярослав. Прости, я спешу, — она поудобнее схватила гитару и мельком удивилась: пока бежала, даже не заметила веса.
— Лера!
Не обернулась. Не хватало ещё вспоминать. Завернув за угол, Лера незаметно ушла за Грань и переместилась в Этан-Нейру. Оказавшись в своей комнате, бросила гитару и быстрым шагом направилась к комнате. Взмыленный дежурный с облегчением выдохнул, заметив её. Увы, по правилам, открыть дверь он мог лишь в присутствии правящей тени. Вот и метался парень между приказом и совестью.
— Ширейна! — Лера заглянула в комнату, — что это значит?
Девушка вскочила с пола. Всё это время она сидела рядом с кроватью. Лера перевела взгляд на Елисея и выругалась.
— Аллерин, я не понимаю, — всхлипнула Шири, — он… вроде дышит, но не реагирует… Никак. Записку оставил, а там глупости какие-то. Аллерин!..
— Что за записка? — прорычала Лера. Ситуация начала её бесить. Мало ей проблем, так ещё и кукловод в самоубийцы записался. Кукловод! Их братия рождалась с циничным взглядами, а у этого что — тонкая душевная организация?!
— Предсмертная записка, Аллерин! Что он не хочет быть преградой на пути к моему счастью!.. Да какая он преграда, что за чушь?!
Эх, Елисей, мало тебя в детстве ремнём били… Она подошла к едва дышащему парню, проверила пульс — слабый. Бред. Ничего нет, никаких следов, а лежит полутрупом. Думай, Лера, думай. Яд не могли добавить в еду, иначе Шири тоже бы отравилась. Лекарств в комнате для ареста никогда не было. Оставался только один вариант — Елисей что-то принёс с собой, в качестве страховки. А теперь вспомним, чей он сын и…
— Нэсс, — громко крикнула она, выпрямившись, — мне нужно рвотное зелье, срочно! Очень срочно! И вызови Видара, — охранник кивнул и выбежал из комнаты, а Лера повернулась к Ширейне, — давно ты его обнаружила? Сколько времени прошло? Шири, это важно.
— Минут пять, — прикинув, ответила девушка, — я сразу начала звать вас, по нити. А что с ним?!
Пять минут плюс перемещение — прошло уже около десяти. Лера скрипнула зубами. Много! Где же Нэсс?!
— Это редкий яд, который использовали шпионы из кукловодов. Носили в маленьких капсулах под одеждой, поэтому яд сложно было обнаружить. Убивает он в течение получаса, но всасывается медленно, и до пятнадцати минут отравленного ещё можно спасти… Не реви! Я же сказала: можно!
Вернулся Нэсс с зельем, которое Шири почти вырвала из его рук и передала Лере. Придерживая голову парня, они влили в него максимальную дозу. Зелье имело мгновенный эффект — Елисея сразу же вывернуло. На чистоту пола в данном случае было плевать всем. Больше всего Леру пугал не запах, а цвет — неестественно синий. Но это помогло — когда приехал Видар, Елисей уже смог прийти в сознание. Храмовник, с интересом покосившись на Леру, забрал кукловода в больницу. Ширейне в принудительном порядке вкололи снотворное — Аллерин отказалась пустить её вместе с Елисеем. Вызвав уборщиц, правящая тень дождалась, пока комнату приведут в порядок и вышла.
Это было жалко и недостоино правящей тени, но она надралась. Причём даже не дома, а на лавочке одной из площадок, недалеко от их девятиэтажки. Сил на четвёртое за день перемещение ушло немеряно, но оставаться в Этан-Нейре Лера не могла. Просто не могла физически. Захватив с собой пару бутылок вина, она переместилась домой и тихо, чтобы не разбудить девочек, вышла на улицу. Колючий зимний ветерок впился в лицо, напоминая, что декабрь в России — это холодно. Но в крови играло вино, и Лера не чувствовала ни мороза, ни слабости. Одну только пьяную опустошённость.
На часах была полночь, когда Лера осознала — вино в неё больше не лезет. Сигнал к тому, что пора успокоиться и пойти домой, но только мысль об этом была невыносимой. "Я псих" — снисходительно подумала она, — "но мне кажется, эти стены немножко давят" Рассмеявшись, она грустно посмотрела на бутылку. Ладно Еленская, ладно Елисей, которого она чуть не убила своими словами… Но Ярослав её добил. Боже Рейлин, тридцать лет прошло — а она до сих пор как девочка тонет в его глазах.
— Лера?!
Чёрт побери, а что он делает здесь в двенадцать ночи?!
— Ещё раз привет, — Аллерин вяло отсалютовала Андрею бутылкой. Парень ошеломлённо проводил её взглядом.
— Что с вами? — ой, мальчик, не начинай. Не говори, что ты никогда не видел страдающих пьяных женщин. Хотя надо отдать себе должное, судя по его шоку — раньше Лера не производила впечатление женщины, способной надраться на детской площадке.
— Со мной всё хорошо… или не хорошо. В любом случае, неважно. Завтра я снова буду нормальной.
— Посидеть с вами?
Лера, прищурив один глаз, посмотрела на него.
