Комплектов обмундирования нашлось много и разных размеров. Поочередно поплескавшись в небольшой душевой кабинке, где вода текла тонкой струйкой, все трое наскоро привели себя в порядок. Побрившись, Гастон стал выглядеть значительно представительнее.
Поскольку возле штаба было спокойно, Гастон предложил немного поспать. Получилось минут по сорок на каждого, однако даже после столь непродолжительного отдыха Джек почувствовал себя лучше.
У Базилевского нашелся кофейный напиток и к нему кипятильник, так что на рассвете троица устроила импровизированный завтрак из кофе без сахара и ирисок, завалявшихся в рабочем столе начальника лагеря.
Сам хозяин от кофе и конфет отказался, попросив только воды, что стояла в холодильнике.
– Ну, – Гастон взглянул на отобранные у Базилевского часы, – семь часов. Пора выбираться – нужно убрать с территории трупы, иначе мы спугнем вертолетчика. Я прав, Рене?
– Да, – кивнул тот. – Если он заметит какой-то непорядок, сейчас же смоется.
– Значит, пора приниматься за работу.
– А Ставр? – напомнил Джек.
– Это тоже часть работы. Сейчас я выйду, как будто уверен, что мне уже ничего не грозит, но Ставр пока стрелять не станет из опасения себя обнаружить, и я доберусь до медицинского бокса.
– И что потом?
– Еще не знаю.
Гастон критически осмотрел слабенький пистолет, который подобрал в кабинете Базилевского, и скривил губы.
– Послушай, Рене, у тебя нет чего-нибудь получше?
– В сейфе.
– Ну так назови комбинацию. Или у тебя там деньги?
– Немного.
Понимая, что он не в том положении, чтобы противиться, Базилевский продиктовал код, и Гастон открыл сейф.
Деньги там действительно были – тысяч двадцать, но поверх них лежал девятимиллиметровый автоматический «кларк», а рядом, в черной кожаной кобуре, две запасные обоймы.
– Отличный пистолет! – похвалил Гастон и вместе с оружием взял из сейфа четыре пачки в мелких
купюрах.
– Это пригодится нам в дороге, – пояснил он Базилевскому. – Остальное я оставляю тебе.
Джек посмотрел на начальника лагеря – в тот момент, когда Гастон захлопнул сейф, Базилевский поверил, что ему действительно сохранят жизнь, иначе зачем оставлять деньги, которые можно забрать?
– Итак, все по местам, я пошел. Рон, следи за мной. Если увидишь Ставра – стреляй. Возьми на верх G-8, он может пригодиться. Джек, пойдем, поможешь мне разблокировать дверь.
Когда они освободили проход, Гастон приоткрыл дверь на пару сантиметров и выглянул наружу. Повсюду валялись тела охранников. Трудно было ожидать иного исхода, ведь стреляли из двух G-8.
– Выглядит неплохо, нужно закончить эту операцию максимально стерильно.
Надев пробковый шлем, Гастон улыбнулся Джеку и, распахнув дверь, шагнул на крыльцо.
Джек следил за майором, насколько это было возможно из окна первого этажа. В какой-то момент он почувствовал позади движение и, не оглядываясь, перекатился влево. Базилевский запоздал с броском, лезвие кухонного ножа согнулось, ударившись в подоконник.
– Вот сука… – беззлобно выругался Джек и, поднявшись, одним ударом свалил Базилевского на пол.
Потом посмотрел туда, где прежде сидел пленник ремень, которым его связывали, оказался перерезан.
Джек! Джек, иди скорее сюда! – закричал сверху
Рон.
– Иду!
Выдернув из окна пулемет и пнув Базилевского, Джек приказал:
– Быстро наверх, сволочь! Шевели ногами!
Уговаривать пленника не пришлось, он резво взбежал по лестнице и занял место в дальнем углу.
– Там на вышке кто-то есть! – сообщил Рон, указывая на северную бойницу.
– Свяжи этого чем-нибудь, а то он, сволочь, ремень перерезал.
Пока Рон возился с Базилевским, Джек установил пулемет на сошки и через прицел взглянул на вышку. Там действительно находился человек, однако вряд ли это был Ставр.
– Скорее всего, кто-то из местных… – сделал вы вод Джек.
– Ну и что нам делать? Стрелять в него?
– А где Гастон?
Бросив на пол связанного новым ремнем Базилевского, Рон выглянул в восточную бойницу.
– Стоит на крыльце медбокса! С кем-то разговаривает!
– С кем?
– Отсюда не видно – парень прячется за бетонной колонной, что поддерживает козырек.
– Рон, эта сволочь заряжает пулемет! Теперь я его хорошо вижу!
– Достанешь его отсюда?
– Сто пятьдесят метров – для такого пулемета дистанция удобная, вот только давно я не упражнялся в тонкой работе… Что там Гастон?
– Сильно жестикулирует!
– Тогда я своего валю, а ты держи колонну!
– Давай!
Поймав на мушку едва заметный силуэт, Джек задержал дыхание. Он скорее угадывал движения этого человека, чем видел их. Вот тот замер – выбирает цель.
Джек плавно нажал спусковой крючок, и очередь унеслась к вышке. Джек повторил, взяв чуть ниже, затем добавил правее и левее – нельзя было оставлять пулеметчику ни одного шанса, у него с вышки был отличный обзор.
Со своего пулемета открыл огонь Рон. В отличие от Джека он бил длинными хлесткими очередями, отрезая возможному противнику путь к отступлению.
– Как Гастон?
– Лежит на ступенях!
– Живой?
– А я почем знаю?!
Джек подбежал к бойнице Рона. Тот перестал стрелять.
– Ты чего? Заклинило?
– Нет, майор руку поднял…
Джек пригляделся: действительно, Гастон подавал им сигналы.
– Он что-то кричит…
– Что кричит?
