– Никаких проблем, вам все вернут. Мы же, прежде всего, бизнесмены, а не мелкие воришки.
Костя переоформил землю на Глеба. Нотариус заверил бумаги. Глеб на радостях захлопал в ладоши и пожал Косте руку.
– С днем рождения, Костя. – Надеюсь, что впредь ты будешь вести свой бизнес более осмотрительно. – Он спрятал документы в портфель, передал охраннику и выпроводил его за дверь. – Можешь не беспокоиться, с прокуратурой я дело улажу, и телку твою отпустят. С этой минуты никто никому ничего не должен. Вот только одного не могу понять. Как так получилось, что у владельца суперпопулярного реалити-шоу мозгов оказалось меньше, чем у канарейки. Таких лохов немного, – он улыбнулся и направился к двери, но Костя его окликнул:
– Глеб, не путай понятия. Дело не в том, что я лох. А в том, что ты – вор.
Глеб остановился и обернулся.
– Такие, как ты, и угробили страну, – продолжил Костя. – Ты, сволочь, сам ничего создать не можешь, а лишь доишь других. Отжал бизнес и радуешься. Но подожди, сука, придет время, и те, кто может работать и создавать что-то ценное для других, сотрут тебя и таких, как ты, в порошок!
Костя ударил кулаком по столу, Глеб в ответ хлопнул дверью.
– Послушай, дружок, – обратился Сергей Иванович к Косте, – напомни-ка слоган шоу.
– Схватка не окончена, пока я не выиграл.
– Вот-вот. А ты пока не выиграл. Тебе еще к сыну нужно успеть. Ведь, если я не ошибаюсь, ты все это создавал только ради того, чтобы завтра быть в Америке?
– Но деньги, шоу, Сергей Иванович. Мы же все потеряли!
– Не все, Костя. Мы не потеряли самое главное: то, что ведет нас к свободе и деньгам, к достижению цели и счастью.
– Что же это?
– Позволь, наконец, рассказать тебе и мою историю. А выводы сделаешь сам.
По направлению к Ялте мчался белый «мерседес». Рядом с водителем дремала девушка в легком сарафане. Сквозняк теребил ее светлые волосы, а приподнятые уголки губ, образовав милые ямки на щеках, показывали стороннему наблюдателю, что ей снится что-то забавное.
«Спит или нет?» – подумал водитель, но будить не решился – не хотел спугнуть счастье, которое часто вспорхнет и улетает, словно мотылек, с лица человека, когда он, проснувшись поутру, открывает глаза и понимает, что наступил обыкновенный новый день.
В сумочке, лежавшей на заднем сиденье, завибрировал телефон. Мария приподняла веки и посмотрела на парня, держащего руки на руле. Последние десять минут она не спала – мечтала: представляла выставку своих картин, которая, рано или поздно, все-таки состоится, восторженных посетителей, довольных покупателей. Представляла, как ее картины уезжают в другие страны, как у нее берут интервью, которые затем публикуют в журналах. Как она покупает себе дом, в котором у нее будет огромная студия, увешанная рабочими полотнами. Пол в студии будет залит красками, но это никого не будет волновать, в отличие от нынешних хозяев арендуемой ею квартиры.
Мария обернулась назад и, потянув сумочку за ремешок, перетащила ее к себе на колени, достала телефон и ответила на вызов.
– Добрый день, Сергей Иванович! И я рада! – улыбнулась она. – Сколько? Секунду. Илья, сколько нам еще?
– Через час будем на месте, – ответил водитель.
– Водитель говорит, через час будем, – сказала Мария в трубку, еще полминуты послушала собеседника и закончила словами: «До встречи!»
– Помнишь, я тебе рассказывала про администратора, который работает в этом отеле? – обратилась она к человеку, сидевшему за рулем.
– Ну да, с которым вы э
– Не ехидничай! – возмутилась Мария и села в кресле ровнее. – Нечасто встретишь человека, который за считанные дни становится твоим другом!
– Может, ты в нем замену отцу нашла? – по-доброму спросил Илья.
– Знаешь, с папой у меня никогда не было таких теплых отношений… Может, конечно, оттого, что в зрелом возрасте мне не удалось с ним пообщаться. А детство не очень-то я и помню.
– Ладно, скоро увидишь своего друга! – сказал Илья.
Маша достала сигарету и закурила. Она грезила об отдыхе. Долгожданный июнь наступил, подведя итог многомесячному марафону офисной работы, единственной отдушиной от которого было лишь творчество по выходным.
В прошлом году Мария приехала в Ялту в таком же состоянии. Тогда казалось, что короткого отпуска ни за что не хватит для полноценного восстановления душевного равновесия. Неожиданно открывшаяся измена любимого за день до Нового года привела к длительной депрессии, что не преминуло сказаться на вдохновении, исчезнувшем на полгода. И лишь намеченные три недели отдыха в Крыму вселяли надежду.
Тем летом Маша первую неделю провалялась на пляже, оставляя выключенный телефон в номере отеля. Никого не хотела ни видеть, ни слышать. Но на восьмой день она наконец-то проснулась в ничем необусловленном хорошем настроении, с ощущением, что жизнь налаживается. Достала из сумки мольберт и решила съездить в горы.
На диване в холле отеля сидел то ли охранник, то ли администратор. Маша решила поинтересоваться у него о местах, где можно окунуться в творчество без отвлекающих внимание туристов.
