– А про суд ты не подумал? Который, кстати, здесь, в Лос-Анджелесе, должен проходить! А ты, мудак, из-за своих судебных дел с кредиторами сюда к сыну не можешь приехать уже три года! Как я на тебя переоформлю права? Малого передадут в приемную семью!
– С какой стати? У него есть отец, – удивился Костя. Ему показалось, что у Вики едет крыша.
– По бумагам отец не имеет на сына никаких прав.
– Этот вопрос разрешим. Было бы твое желание.
– Костя, на это нет времени, – произнесла Вика уже более спокойным голосом. – Доказанное употребление наркотиков – основание для лишения родительских прав. И они это сделают. Не я первая, не я последняя. Моя работа тоже играет на руку этой сучьей службе.
– Да уж. Но кто возьмет себе чужого ребенка?
– Любая ублюдочная семейка ради крупных налоговых льгот! Теперь понял?
– Слушай, я закрою судебное дело по кредиту в ближайшие месяцы и смогу приехать. Мы все с тобой переоформим. Все будет хорошо. Главное – не паникуй раньше времени.
Костя физически чувствовал накрывающее его замешательство. Он пытался успокоить Вику, но что-то подсказывало ему, что быстро возникшую проблему не решить.
В комнату вошла голая Катя и плюхнулась на кровать.
– Значит, на нее у тебя есть время, – сказала она, закутываясь в простыню.
Недовольно взглянув на нее, Костя приложил палец к губам и продолжил общение по телефону.
– Вика, что можно сделать?
– Не знаю.
– Ты понимаешь, что будет с Антоном, если у него еще и маму отберут?
– Понимаю.
– Да ни фига ты не понимаешь! – осознав вдруг всю сложность ситуации, Костя не смог сдержать эмоции. – Или ты ему мало нервы потрепала своими судами в Украине? Пацану восемь лет, а пережил он уже на все тридцать благодаря твоей тупой голове.
В трубке раздались гудки.
Костя бросил телефон на тумбочку, вышел на кухню и умылся ледяной водой.
– Что случилось? – спросила Катя, тут же оказавшись рядом с ним.
– Да оденься ты, наконец! – гаркнул Костя, поднимая с пола розовый халат.
Вручив его опешившей девчонке, он вернулся в комнату, за полминуты оделся, схватил телефон, взял деловую сумку и молча вышел из квартиры.
Заняв место за рулем «тойоты», Костя бросил сумку на соседнее сиденье, провернул ключ в замке зажигания и нажал на газ.
Через несколько минут в голове прояснилось, а тянучка в утренней пробке позволила снова набрать номер бывшей жены.
– Не спишь еще?
– Сплю, – голос Вики и вправду был уже сонным.
– Извини, погорячился. Давай продолжим.
– Не хочу.
– Как быстро ты можешь прислать сюда заявление об изменении исковых требований? В Украине я все вопросы решаю быстро, ты меня знаешь.
– Иди на хер, ничего я не буду присылать.
– Наш сын тебе по барабану, как я вижу.
– Если нужно будет, я позвоню.
– Нет, Вика, нет! Ситуация лучше не станет! Рано или поздно это должно было произойти!
– Что «это»? – спросила Вика.
– У Антона должны быть родители, которым он нужен.
– У него есть мать! Или ты ему уже другую нашел? – крик из трубки оглушил Костю.
– Ты вообще когда-нибудь думала о том, как будешь смотреть ему в глаза, когда он вырастет?
– Думала!
– И тебя это не пугает?
– Нет.
– Или у вас там это в порядке вещей, когда мама снимается в порно?
– Знаешь что? Только не обижайся. Ты сидишь в долбаной Украине, скребешь копейки по сусекам и думаешь, что это нормально. А я хочу денег, понял? И хотела жить богато в своей родной стране! А знаешь, что мне нужно было делать, чтобы иметь бабки в Украине? Мы познакомились, когда мне было семнадцать?
– Да.
– Так вот. Не обижайся. Я зарабатывала с пятнадцати. Больше, чем мои родители вместе взятые.
– Как фотомодель, я знаю.
– И не только. Не обижайся, что я тебе только сейчас говорю об этом.
К горлу Кости подступил комок. Вика… Она же была такой чистой и невинной блондинкой, когда они познакомились. Не может быть. Не может быть!
– Я понял. Это твой выбор.
– Такой же, как сейчас. Я давно уже взрослая девочка, Костя. Я пришлю все документы для украинского суда. Пусть Антон будет с тобой. Но сколько это займет времени, не знаю. Будь готов к тому, что Антон какое-то время будет жить с чужими людьми.
– Хорошо. Ложись спать. Я свяжусь с юристом, со своей стороны. Узнаю, как все ускорить.
– Пока, – сказала Вика и положила трубку.
– Пока… – ответил Костя, слушая гудки.
Откуда-то из глубин памяти выпорхнул белокурый ангел. С каждой секундой он чернел и отращивал хвост и рожки. «Я же тебе верил», – подумал Костя, глядя на ангела. Но на его месте уже был черт, который лишь ухмыльнулся и растворился в воздухе.
Проехав несколько кварталов, Костя свернул влево, хотя его офис находился в ста метрах справа, закурил и рванул в сторону автодрома «Феофания».
В жизни у каждого есть свои методы снятия стресса. Кто-то заливает отчаяние дозой крепкого спиртного напитка, кто-то выбирает в качестве спасительного бальзама наркотики. Другие – простую прогулку. Костя же при возникновении нерешаемых проблем обычно мчался на раллийный трек. Увлечение, в юные годы наполнявшее энергией, в двадцать восемь стало работать как успокоительное.
Через десять минут шлагбаум приподнялся, пропуская джип Власова на трек.
