Постепенно в его памяти всплывали картины сада, толпы людей и старик-индеец, но все это потеряло прежнюю яркость и свежесть и стало похожим на выцветшую фотографию. Он медленно вздохнул и стянул с себя одеяло.
Разговор был в самом разгаре, когда в операционную вошел Вик. Он поздоровался за руку с Тэдом и сел напротив доктора. На лице Литгоу присутствовало выражение крайней усталости, не больше. Он уже сделал вечерний обход, и на это ушло более часа. Возможно, именно из-за этого он не удивился столь скорому появлению второго полицейского. Как он это себе объяснил, было известно только ему.
Литгоу поднял глаза на Вика. Поизучав его с десяток секунд, он откинулся на спинку кресла и закурил. Ни единым мускулом на лице он не выдал своих чувств. В очередной раз Вику подумалось, насколько же крепки нервы у патологоанатомов и у врачей вообще. Они каждый день видят такое, от чего у обычного гражданина желудок вывернулся бы наизнанку не один раз. Стряхнув пепел в нержавеющую кювету, доктор Литгоу, видимо, продолжил незаконченную до этого мысль:
– Таким образом, он оказался за территорией госпиталя. Что было дальше, я не знаю.
– Сомневаюсь, – отозвался Вик. Он ссутулился на кушетке, опершись на руки. – Вы ведь знали, зачем ушел Фрэнк Спирс? Литгоу затянулся, выпустил струйку дыма, но не ответил.
– Сколько вы поставили на мистера Спирса?
– Рубанули с плеча, сержант, – заметил Литгоу и скривился. – Вам бы в Пентагоне служить, а не в полиции. Что вы еще знаете?
– То есть, вы не отрицаете факта? – уточнил Вик.
– Я не дурак. Факты не отрицают, а вы говорите слишком уверенно для просто догадливого. Кроме того, сейчас не тот момент, когда надо оправдываться.
И Вик начал перечислять. Когда он дошел до раненого Арбитра, Литгоу кивнул и погасил окурок о край стола. Руки доктора перестали дрожать, заметил Тэд. Он был рад видеть друга, но у него не было сил выразить это лучше, чем просто крепко пожать руку. То, о чем рассказал Вик, могло сойти за фильм ужасов или за фантастику, если бы это не было правдой. Нет смысла врать.
– Он сказал восемь, – задумчиво произнес доктор и закурил еще одну сигарету. – Мне интересно, кого Энтони имел в виду?
– Это просто, – ответил Вик. – Фрэнк Спирс, его подруга Клара, вы, доктор, лейтенант Фэйт и три водителя из Мэна.
– Как они в это ввязались? – спросил Тэд. До сих пор он просто слушал.
Вик кратко описал события у Луисвилля. Литгоу был очень внимателен: видать его заинтересовал рассказ полицейского.
– Вы назвали только семерых, сержант. Я умею считать.
– Не сомневаюсь. Еще есть Теодор…
При звуках своего имени Тэд вздрогнул, но возражать не стал. Нет смысла, точно так же как и врать. Он был в игре, и игра была в нем. Сам он не верил в это до сегодняшнего вечера.
– Восемь. Возможно ли, что кто-то еще присоединился? А как же вы?
– Я вернул Спирса и Клару в Странфилд. Свою часть я выполнил.
– Хорошо. Я просто знаю, что вы не лжете.
Вик задумался. Мог ли индеец по имени Энтони ошибиться? Наверняка мог, хотя, учитывая его стаж, такое ожидать не приходилось. Он знал все и говорил без колебаний. Дорис? Может быть…
– Например, владелица автомастерской. Фрэнк был у нее и мог втянуть… И старик говорил про нее.
– Вик, Дорис мертва… – сказал Тэд, посмотрев на друга. – После твоего письма я пошел туда и нашел ее тело. Спирс ее пристрелил.
– Ёханый стос! Где он добыл оружие? – Вик вспомнил, сколько возможностей было у Фрэнка грохнуть его, бросить труп на обочине и смотаться хоть в Мексику. Ехать в одной машине с убийцей!.. Они даже не могли предъявить ему обвинение и арестовать.
– Понятия не имею. Можем спросить у него.
Фрэнку предстояло ответить на множество неприятных прямых вопросов. Он не отходил от кушетки Клары, держа ее за руку. Удивительно, особенно после того, что сам Фрэнк рассказал про субботнюю ночь на холме. После непродолжительной паузы Вик сказал, обращаясь сразу к обоим собеседникам:
– Вот мы тут треплемся, а три психанутых ублюдка едут на север. Надо что-то сделать.
– Вызвать помощь мы не можем: гроза мешает радиопередачам, – ответил доктор. В подтверждение его слов за окном снова вспыхнуло, и удар грома заставил зазвенеть стеклянную посуду в медицинском шкафчике.
– Слушай, – взволнованно начал Тэд, – а как лейтенант может быть в игре, если он помер?
Он рассказал про попытку Фэйта прикончить его и про туфли с острыми каблуками. Никто не мог предположить чего-то иного, кроме одного: он жив и он недалеко. Это не могло не волновать: за последнее время о лейтенанте стало многое известно.
– Я же продырявил ему башку, – заявил Тэд. – Не может человек перенести такое!
– Человек – нет, а лейтенант – да, – возразил ему Литгоу. То ли он пошутил, то ли вправду Фэйт не совсем был человеком. Кончилась и вторая сигарета. Доктор не стал ее гасить, а просто прикурил от нее третью.
– Ладно, – сказал Вик. – Если мы не можем что-либо сделать с дальнобойщиками, надо завершить игру здесь.
