Правила Игры полностью

— И доктор, — произнёс Шин. — Если бы вы были… скажем так, озабочены своим благополучием больше, чем медициной, вас бы УЖЕ отодвинули. Делайте то, что у вас хорошо получается и что вам, очевидно, нравится делать. Об остальном есть кому подумать.

Пак кивнул. При этом он сунул руки в карманы распахнутого халата.

— Признаться, — заговорил он. — Меня несколько… Напрягала перспектива, что придётся участвовать в каких-нибудь мероприятиях. Но я вижу, что для этого у вас есть специально обученные люди.

— Но это всё же придётся делать, Пак-сси, — Шин слегка улыбнулся. — Вам же нужно будет выступать на каких-нибудь медицинских… как у вас называются собрания, где делятся своими достижениями?

Пак хмыкнул.

— У христиан такие предложения, господин Кён, делает дьявол, — усмехнулся доктор.

— В Азии у нас отдельное подразделение, доктор, — невозмутимо заметил Шин. — Христиане — это европейский филиал.

Сигнал оповестил о прибытии на нужный этаж. Двери лифта распахнулись. И, само собой, здесь чисто случайно отирался какой-то персонаж в белом халате. Причём, знакомый персонаж. Имя Шин не вспомнил, но он точно был тогда, на пьянке в ресторане. Мужчина тут же нажал кнопку лифта. Да, совсем не палится. Вот же лифт, только что приехал, заходи.

Они прошли уже знакомым Шину коридором до кабинета Ю Бин Ким. В приёмной сегодня, разумеется, никого не было.

— Доктор, — заговорил Шин. — Могу я попросить вас подождать меня в коридоре?

Пак молча кивнул. И вышел из приёмной. И нет, Шин не унизить хотел. Просто нужно было обеспечить, что в приёмной не заведутся ненужные уши.

— Добрый день, госпожа Ким! — с улыбкой произнёс парень, входя в кабинет.

Женщина вышла к нему навстречу из-за стола.

— Добрый, господин Кён, — поприветствовала Ким и сделала жест в сторону угла, где стояли диваны.

Дон Ву Пак вышел в коридор. Он смотрел прямо перед собой, но не видел стены напротив. Перед его взором сейчас визуализировались слова Кёна.

Знал бы этот парень, чем отзывалась в душе Дон Ву фраза: «Делайте то, что у вас хорошо получается и что вам, очевидно, нравится делать».

Это же означает, что он будет заниматься именно тем, для чего вообще пошёл в медицину. В чём видел, без преувеличений, смысл своей жизни. И да, за это он бы продал душу дьяволу, без раздумий.

И опять же да признание — это тоже важно. Но всё же, куда важнее возможность. Он не будет терять время на всякие игры за должности, не будет плясать перед очередным спонсором, которому глубоко плевать на реальную деятельность. А интересует лишь то, чтобы его лицо мелькнуло рядом с «бедными детишками».

Дон Ву посуровел лицом и приподнял подбородок. Он, конечно, понимал, что Шин Кён лишь посланник, посредник. И что на самом деле, рано или поздно явится настоящий хозяин… Который по каким-то причинам решил вложить деньги в это направление. И, скорее всего, эта причина личная. Потому что ради выгоды деньги в науку не вкладывают. Не та область, где можно сколотить состояние. Совсем не та.

Впрочем, людей, способных единомоментно оплатить дорогостоящее лечение сразу стольким людям, деньги интересуют… не в том смысле. Возможно, речь идёт про влияние или подобное.

«Но если бы это было не личное… Был бы создан медцентр, сделана „вывеска“ и не более. Зачем эти слова про науку? Личная инициатива Кёна? Вряд ли».

— Дон Ву! — насмешливый голос вырвал Пака из размышлений.

По коридору к нему шёл Иль У Чон. Именно он попался им возле лифтов. Дон Ву вздохнул. Ожидаемо. Этот проныра всегда вынюхивает возможности для себя.

— А почему тут? — Иль У подойдя, картинно поправил волосы.

Блеснув по пути золотым браслетом часов. Дон Ву же молчал. Пояснять что-то он не видел смысла. На лице «успешного доктора» промелькнуло раздражение.

— Дон Ву! — слащаво улыбнулся Чон. — А кто это был с тобой?

— У тебя нет работы, Иль У? — спокойно спросил Дон Ву.

Его собеседник выпятил челюсть. Но сумел снова натянуть на лицо улыбочку.

— Зачем же ты так, Дон Ву? — медовым голосом произнёс Чон. — Я же просто спросил.

— Ага, — спокойно откликнулся Пак.

Иль У на это посопел.

— Дон Ву, — вкрадчиво произнёс он. — Нельзя быть таким негибким. И забывчивым.

Угроза было почти неприкрытой. Пак посмотрел на Чона. Вот он, образец «гибкости». Бегает, высматривает, подслушивает. И докладывает. Сколько раз Дон Ву спрашивал себя, может быть нужно, для дела, чтобы нормально работать, тоже…

Но всегда возникал встречный вопрос. А когда в этом случае делом заниматься? Если «тонко чувствовать» прихоти начальства, то… Нужно только это делать. Сначала Дон Ву считал это отмазкой, оправданием, которое он давал самому себе. Но теперь он точно знал — это так и есть. На двух стульях не усидеть. Либо в одну сторону направляешь ход мыслей, либо в другую. При попытке сделать одновременно, плохо получается всё.

«Ну, или это только у меня так. Но именно так».

— Не стоит, Иль У, — произнёс Пак, когда коллега попытался пройти мимо него в приёмную.

Чон зло зыркнул на него.

— А ты теперь что, секретарь Ким? — процедил Иль У.

— Я просто тебя предупредил, — спокойно произнёс Дон Ву.