— Ага. На яичницу ты потратил не все деньги, — съязвил я. — У тебя еще остались средства на найм браконьеров, чтобы они тут пошалили, специально для Рипли.
— Таких денег у меня нет, — серьезно ответил Пас. — Но зато у меня есть идея. Она возникла, когда мы показывали акулу салагам.
— Продолжай, — я заинтересованно поднял брови.
— Да ты уже понял, наверное. Можно спереть заспиртованную торпеду из музея и подкинуть ее рыбакам. Под видом ловли тунца. А? Объявят тревогу, и Рипли вволю наныряется с жидкостным аппаратом.
Идея показалась мне не лишенной здравого смысла. В здешний музей никто годами не ходит, так что пропажу мумифицированной торпеды никто не заметит. Точнее, заметят, но где-нибудь через месяц.
— Может, ты уже весь план продумал? — Я допил сок и отставил стакан.
— Конечно. Можно прямо сейчас спереть торпеду, пока все обедают. А завтра утром пойти на тунца. Ну, типа.
Я вспомнил, как мы в детстве пытались подманить охотников при помощи мины. Тогда ничего не вышло, но сейчас для успеха были все шансы.
— Так вот для чего ты заказал яичницу! — восхитился я самоотверженности друга. — Чтобы не идти на обед?
— Отчасти. Вообще-то я хотел немного встряхнуть начальницу, чтобы она хоть ненадолго отвлеклась от стакана.
— Тебе это удалось.
— Ты тоже ешь, не стесняйся. Я на двоих брал. Потом сочтемся, не дрейфь.
Яичница оказалась великолепной. Мы как раз заканчивали ее уплетать, когда в ресторанчик, шатаясь, вошел Долговязый.
— О, Чистюля! — обрадовался он, увидев Паса. — Нормально встретили молодняк?
— Нормально, — ответил я, потому что у приятеля рот был полон. — Спасибо, что помог.
— Традиция есть традиция, — отмахнулся отставник. — А я Чистюле письмо из штаба принес. Пусть пляшет.
Пас нахмурился и проглотил кусок.
— Ты чего? — толкнул я его локтем. Долговязый понял, что его новость не очень в тему,
положил кристалл с письмом на стойку и пропал за дверью.
— От матери? — понял я. Пас кивнул.
— Знаешь, каково чувствовать, что ничем не можешь помочь? — поднял он взгляд на меня.
Отвечать не хотелось. Кроме того, Пас прибеднялся. Если бы не пособие за Алмазный Гарпун, его мать давно бы ослепла, а гак она имела возможность получать приличное медицинское обслуживание. На операцию, правда, сумма нужна была значительно большая, но и пособия могло бы не быть, если бы Пас не вылез с голой задницей под ракетный обстрел. Так что, на мой взгляд, он зря стонал — его помощь семье была ощутимой.
— Не грузись, — посоветовал я.
— Ей стало хуже, когда она узнала про орден, — вздохнул Пас и смахнул кристаллик письма в карман. — Точнее, про то, за что мне его дали.
Мы вышли из ресторана на воздух. Океан шумел невысокими волнами, а чуть в стороне от пальмовой рощи наблюдалась предобеденная суета. Обед и ужин — это два ежедневных мероприятия, когда почти все охотники базы могут увидеть друг друга.
Дождавшись, когда весь личный состав скроется на камбузе, мы с Пасом со всех ног рванули на футбольное поле. Идея была проста — взять у Молчуньи резак по металлу. Не ногами же дверь в музей выбивать! Как мы и думали, Молчунья обед тоже проигнорировала. Техника всегда вызывала у нее больший интерес, чем почти все физиологические потребности. Иногда это меня злило, но сейчас было на руку.
“У тебя есть резак по металлу? ” — без предисловий спросил я у нее.
“Конечно. А на фиг он вам?” — удивилась водительница.
“Для доброго дела”, — расплывчато пояснил Пас.
“Хотите сказать, что мне знать не положено? ”
“Мы решили немного расшевелить Рипли, — мне не хотелось иметь тайн от подруги. — А то сопьется ведь. Жалко охотницу”.
Молчунья заглушила мотор и достала из ящика мобильный резак.
“Тогда вперед! — жестом показала она. — В чем ваш план?”
“Да мы сами справимся! — замахал руками Пас. — Потом тебя позовем”.
“Нет. Если вы надумали немного похулиганить, то я с вами. А то с ума можно сойти в этих райских условиях”.
“Ладно”, — я подхватил резак и зашагал к пальмовой роще.
“Что будем делать?” — запыхтел мне в затылок
Пас.
“Резать замок”.
“Нет, я о Молчунье. Плохо, что она увязалась за нами”.
“Не гнать же ее!”
“Чего вы шепчетесь? ” — обиделась водительница.
“Решаем, как все проделать”, — поспешил оправдаться я.
“Так у вас нет плана? ”
“Был, но мы думали, что справимся вдвоем. Теперь нас трое, и надо решить, как лучше использовать силы”.
“А в чем ваш план? ”
Нам пришлось остановиться посреди рощи и некоторое время махать руками, разъясняя Молчунье суть задуманной операции. Идея ей понравилась.
“Вы тащите торпеду, а я подгоню катер к музею”, — решила она.
“Только сделай вид, что испытываешь двигатель”, — посоветовал Пас.
“Я что, дурнее акулы? — обиделась Молчунья. — Сама не могу догадаться? ”
