— Я переживу это быстрее и оставлю тебя одного, если ты принесешь мне конфет из верхнего шкафчика над холодильником. Это секретное место моей мамы. — Он заставляет меня нагнуться, чтобы он мог сказать мне секрет. — Там она хранит все вредные для здоровья сласти, — шепчет он. — Знаешь, которые самые вкусные, — чем больше он говорит, тем счастливее он выглядит.
Черт, у меня менее часа на сборы, но я не могу его разочаровать.
— Хорошо, Гонщик, ты готов отправиться на секретное задание по поиску сокровища?
Брендон потирает руки, счастливый от того, что ему удалось так легко мной манипулировать.
У мелкого точно дар в том, как уметь убеждать.
— Следуй за мной, — я высовываю голову за дверь, и жестом руки, приглашаю его следовать за мной. Я сдерживаю смех, когда он на цыпочках крадется позади меня. Иногда он ведет себя как шестилетний, а иногда бывает поумнее некоторых взрослых.
Мы молча спускаемся по лестнице. Но перед тем как мы успеваем достигнуть кухни, кто-то выходит из кабинета Уэстфорда. Это Киара, в длинном черном платье, которое обтягивает каждую изумительную линию ее фигуры от груди до лодыжек. Ее волосы, не просто распущены, но и аккуратно закручены на концах. Одна из ее длинных, красивых ног выглядывает из умопомрачительно-сексуального выреза сбоку.
Я прикован к месту.
У меня нет слов.
Я пробегаюсь по ней взглядом, наслаждаясь тем, что вижу. Я знаю, что буду помнить этот момент до конца моих дней. Мое сердце переворачивается в груди, когда я замечаю ее туфли с открытым носом и каблуком выше, чем я когда-либо представлял на ней. Я боюсь моргнуть, опасаясь, что она окажется просто видением моего больного воображения, и исчезнет.
— Нннну, чччто тты думаешь?
— Шшш, — шипит громко Брендон, и закрывает рот пальцем. — Мы на секретном задании, — шепчет он, не замечая того, что его сестра преобразилась в богиню.
— Не говори маме и папе.
— Не скажу, — шепчет она. — В чем заключается ваша миссия?
— Поиск конфет. Вредных для здоровья. Пошли!
Я смотрю на Киару, мечтая о том, чтобы мы были сейчас одни. До боли желая того, чтобы мы были сейчас одни.
— Брендон, иди проверь где сейчас твой отец, чтобы мы знали, что путь свободен, — говорю я. Мне необходима пара минут с его сестрой.
— Окей, — отвечает он, исчезая из коридора. — Сейчас вернусь.
У меня меньше минуты с ней. Я засовываю руки в карманы, чтобы она не заметила, насколько сильно я нервничаю, увидев мои трясущиеся руки. Она награждает меня полуулыбкой, затем опускает глаза.
Я смотрю на потолок, как бы мне хотелось получить сейчас какой-нибудь совет, или знак от моего отца. Я снова смотрю на Киару. О, черт. Она смотрит прямо на меня, в ожидании, что я что-нибудь скажу. Но прежде чем я успеваю придумать что-нибудь значимое или смешное, Брендон возвращается.
— Он в гостиной. Пошли, прежде, чем он нас поймает.
Я упустил возможность. Надо избавиться от Брендона.
Мы все направляемся на кухню. Я протягиваюсь и открываю шкафчик над холодильником. Так и есть, там стоит большая миска, наполненная контрабандой.
Брендон тянет меня за футболку.
— Покажи мне, покажи мне.
Я ставлю миску на стол, а Брендон залазит на кухонный стул, чтобы проверить находку.
— Вот, — сует он мне шоколадный батончик. — В нем орехи, они мне не нравятся.
В итоге, он хватает плитку молочного шоколада и два кусочка пастилы. Довольный своим сокровищем, он спрыгивает со стула.
Я ставлю миску обратно в секретное место, о котором все знают. Когда я поворачиваюсь, Брендон уже отломил кусочек шоколада и засунул его себе в рот.
— Киара, а почему ты выглядишь, как девчонка? — спрашивает Брендон с полным шоколада ртом.
— Я иду на свидание с Карлосом.
— Ты собираешься попробовать на нем французский поцелуй?
Киара кидает ему убийственный взгляд.
— Брендон! Не вежливо спрашивать об этом. Кто тебе об этом сказал?
— Пятиклассники в автобусе.
— И что, пятиклассники говорят, это значит?
— Ты знаешь...
— Скажи мне, — говорит она. — Может, я не знаю.
Я из первых рук знаю, что она точно знает значение французского поцелуя, но я не собираюсь выдавать ее секрет.
— Это когда ты лижешь язык другого человека, — шепчет он.
Черт, мелкий знает намного больше, чем знал я, когда был в его возрасте. Сначала кибер наркодиллер, теперь он говорит о французских поцелуях. Киара смотрит на меня, но я поднимаю вверх руки. Хоть сейчас я и не хочу ничего больше, чем применить к ней французский поцелуй, я могу подождать с этим. — Он не мой ребенок.
— Таким образом, ты можешь получить кучу микробов, — говорит он, наминая шоколад и размышляя о последствиях французских поцелуев.
— Это точно, — говорит Киара, — так ведь, Карлос?
— Да. Микробы. Тонны микробов. — Я не говорю ему, что иногда оно того стоит, получить микробы определенной девушки.
— Я никогда не собираюсь этого делать, — заявляет он.
— Никто не будет делать это с тобой, cachorro, если ты не начнешь вытирать рот, поев шоколада. Ты отвратителен.
Пока Киара вытирает ему рот салфеткой, он смотрит на нее с интересом.
— Ты так и не ответила на мой вопрос. Вы с Карлосом собираетесь целоваться по-французски?
