Правила социологического метода полностью

Вовсе не через противопоставление слов «общий» и «частный» должно проводиться четкое различение между социологией и специфическими социальными науками. Посему данное противопоставление следовало бы признать невозможным, не предприми Зиммель[147] в Германии недавно попытку обосновать его на совершенно ином принципе.

Согласно Зиммелю, различие между этими двумя видами исследований заключается в том, что специфические науки изучают то, что происходит в обществе, а не само общество как таковое. Явления, которые их интересуют (религиозные, моральные, юридические и т. д.), происходят внутри групп. Но группы, в которых эти явления происходят, должны стать предметом изучения науки, стоящей особняком от всех предыдущих, а эта наука и есть не что иное, как социология. Живя в обществе, люди под защитой общества, которое они составляют, преследуют всевозможные цели – кто-то религиозные, кто-то экономические, эстетические и пр., а специфические науки исследуют те особые процессы, посредством которых люди достигают своих целей. Но сами эти процессы не являются социальными (или лишь косвенно носят такой характер), поскольку они разворачиваются в среде, которая сама по себе есть среда коллективная. Следовательно, соответствующие науки нельзя считать подлинно социологическими. Иными словами, в этом комплексе, называемом обществом, налицо два вида элементов, которые необходимо тщательно отличать друг от друга: налицо содержание, а именно, различные явления, происходящие между индивидуумами, которые пребывают вместе, и есть нечто, их «содержащее», а именно взаимосвязь, в которой наблюдаются эти явления. Взаимосвязь – то единственное, что социально, и социология, таким образом, выступает как наука о взаимосвязях in abstracto[148]. «Социология должна искать свой предмет не в вопросах социальной жизни, а в ее формах… Именно на этом абстрактном рассмотрении социальных форм зиждется право социологии на существование точно так же, как геометрия обязана своим существованием возможности абстрагирования пространственных форм из материальных объектов».

Но как осуществляется процесс абстрагирования? Поскольку любая человеческая взаимосвязь обусловлена определенной целью, возможно ли отделять эту взаимосвязь от конкретных целей, которые она выражает, и так выявлять законы, ею управляющие? «Нужно действовать посредством сопоставления взаимосвязей, отражающих различные цели, для выявления общего. В результате все различия, воплощенные в конкретных целях, вокруг которых создаются общества, взаимно упразднят друг друга и возникнет единая социальная форма. Скажем, такое явление, как формирование партийных групп, заметно как в мире искусства, так и в политических кругах, в промышленности и в религии. Если изучить то общее, что обнаруживается во всех подобных случаях, несмотря на разнообразие конкретных целей и интересов, то можно установить социальные виды, существующие в обществе, и законы, управляющие специфическими способами группирования. Тот же метод позволил бы изучать правила сочетаний и подчинений, формирование иерархий, разделение труда, конкуренцию и т. д.»[149].

Действительно, никто не будет отказывать социологии в праве конституировать себя с помощью этого «остаточного» метода. Нет науки, которая конституировала бы себя иначе. Вот только процесс абстрагирования должен осуществляться методически, а объекты надлежит разделять в соответствии с тем, как они сочетаются друг с другом естественным образом. Чтобы классифицировать факты по разным категориям, чтобы прежде всего отнести их к разным наукам, эти факты не должны быть одинаковыми или быть настолько взаимосвязанными, что один факт невозможно объяснить без привлечения другого. Следовательно, для обоснования предложенного определения социологии недостаточно привести в пример науки, которые опираются на принцип абстрагирования; необходимо также показать, что этот принцип в самом деле соответствует естественной природе объектов.