– Отдел по расследованию убийств его не поймает, если только это не произойдет случайно, – проговорил он. – Этот удар, едва не попавший в цель, может напугать его на неделю или две, но он вернется. Или, возможно, он уедет из города и вернется к своему занятию где-нибудь еще. Знаешь что? Я не хочу, чтобы так получилось. Я хочу, чтобы его прижали к ногтю здесь. И именно тебе придется этим заняться. То, что произошло у Макгаун, просто ужасно, согласен, но я все-таки думаю, что это не самое страшное. Я продолжаю думать, что Дэвенпорт все-таки вычислил его. И если он сделал это один раз, может быть, он сможет сделать это еще раз. Может быть… Я не знаю.
– У меня в голове нет ни единой мысли, – слабо попытался сопротивляться Лукас.
– Ты сейчас в смятении, – сказал Даниэль. – Но это пройдет. Твоя голова снова заработает.
– Ты ошибаешься насчет того, как нам удастся его взять, – заметил Лукас. – Это произойдет не потому, что я смогу его вычислить. Когда мы его поймаем, это произойдет лишь по счастливой случайности.
– Терпеть не могу полагаться на случай, надеюсь, что мы придумаем что-нибудь более надежное.
– В этом мире нет ничего надежного, – проговорил Лукас. – Бешеный сыграл великолепную партию. Руиц могла бы рассказать нам гораздо больше. Она ведь до него дотрагивалась. Если бы она стянула с него маску… После нападения на Браун мы должны были сделать лучшее описание. И я все думаю, если бы Спаркс не находился на другой стороне улицы, тогда он разглядел бы его лицо. И если бы только Льюис записала его имя на своем календаре. Или вообще хоть что-нибудь написала о нем. Мы должны были его прихлопнуть у Макгаун. Когда он сбежал, мы должны были засечь его машину, если у него действительно «сандерберд». Ему удивительно везет. Но в мире игр есть одна закономерность. Везение изменчиво. Удача не вечна. Она переходит к другому. Всегда. И когда мы его поймаем, это произойдет лишь по счастливой случайности.
– Да услышит нас Господь, пора удаче переходить на нашу сторону, – сказал Даниэль.
Дженнифер уже поговорила с Карлой по поводу интервью, и, когда Лукас по телефону сообщил ей о своем согласии, она сказала, что Карла уже готова. Они будут их снимать в три часа, быстренько все подгонят, сокращенный вариант в шесть часов. Полный вариант пойдет в десятичасовом выпуске новостей, который по решению студии будет продлен, чтобы уместилось интервью.
– Надень, пожалуйста, костюм, – попросила она, – и голубую рубашку. И еще побрейся.
Интервью продолжалось целый час, Лукас был холоден и рассеян, Карла излучала тепло и настойчивость. Надо только отрезать лишнее, и все будет отлично. Дженнифер наблюдала, как ведущая беседует с ними, и где-то на середине съемки поняла, что Лукас и Карла спят друг с другом. Или спали раньше.
По окончании интервью она ушла вместе с Лукасом, пробравшись между операторами и техниками, которые переносили оборудование обратно в машину. Когда они оказались одни в лифте, она сказала:
– Раньше я подозревала, что, возможно, ты спишь с Макгаун. Но теперь я вижу, что ошибалась. Ты спишь с Карлой Руиц.
– Да ладно тебе, Дженнифер, давай только сейчас не будем об этом, – проговорил Лукас, глядя в пол лифта.
– Я почти не сержусь, – грустно произнесла она. – Я всегда знала, что это когда-нибудь случится. Я только надеялась, что это произойдет не так скоро.
– Я думаю, что с этим уже покончено.
– Что, так просто, спасибо за внимание и все?
Дэвенпорт отрицательно покачал головой.
– Несколько дней назад она со мной разговаривала об этом. Я ей нравлюсь, но она даст мне отставку, если это помешает ее работе.
– Да что ты говоришь! Разве с тобой такое когда-нибудь бывало? – иронично заметила Дженнифер.
Вопрос прозвучал легко, даже с сарказмом, но по ее щеке покатилась слеза. Лукас протянул руку и вытер ее ладонью.
– Только не надо. Не надо плакать.
– Почему? Ты не выносишь вида настоящих чувств?
Он уставился в пол у себя под ногами, потом скосил глаза на нее.
– Иногда люди знают друг друга не настолько хорошо, как им кажется. Ты говоришь мне неприятные вещи, и я должен все это принимать как мужчина. А ты знаешь, как я себя чувствую? Мне хочется поехать домой, сунуть в рот пистолет сорок пятого калибра и вышибить себе мозги. Меня переиграл сумасшедший. Может быть, я когда-нибудь и приду в себя, а может быть, и нет. Но я никогда не забуду этого. Никогда в жизни.
Дверь лифта раскрылась, он вышел и пошел прочь, ни разу не оглянувшись.
Элла наблюдала за ним во время игры. Букмекер и адвокат ушли вместе, два студента ушли через несколько минут после них. Бакалейщик продолжал рассматривать карту, прикидывая что-то в уме.
