Возможно, и со мной время сыграло подобный фокус. Но, насколько я помню, я сидела в кресле, размышляя о пьяной выходке Хэнка, когда зазвонил телефон. Это была Битси, которая прерывающимся голосом сообщила мне страшную новость: Уоллес Уолкотт убит. По всей видимости, он погиб где-то возле маленького горного селения Санта Тереза, которое защищал отряд республиканцев.
К этому времени – я имею в виду звонок Битси – Уоллеса не было на свете уже недели три. В те непростые времена, наверное, требовалось немало времени, чтобы отыскать тела погибших и как-то их опознать, а также найти способ, чтобы отправить печальную весть на родину убитого.
Я поблагодарила Битси за звонок и положила трубку еще до того, как она кончила говорить.
Мой стакан был пуст, а выпить мне было просто необходимо, и все же я никак не могла заставить себя встать и снова наполнить стакан. Вместо этого я выключила повсюду свет, села на пол и прислонилась спиной к двери.
Собор Святого Патрика на углу Пятой авеню и Пятидесятой улицы являет собой весьма выразительный образчик американской готики начала девятнадцатого века. Сделанные из белого мрамора, добытого в северной части штата Нью-Йорк, стены собора толщиной, должно быть, фута четыре. Окна-витражи созданы мастерами из Шартра. Дизайнером двух алтарей были «Тиффани», а третьего – Медичи. «Пьета» в юго-восточном углу собора раза в два превосходит размерами ту, что некогда создал Микеланджело. И вообще собор выполнен так удачно, что Всемилостивый Боже, занимаясь своими делами, может прямиком проследовать прямо над ним, а внутрь и не заглядывать, будучи уверенным, что те, кто находится внутри, и сами отлично сумеют о себе позаботиться.
В тот день, пятнадцатого декабря в три пополудни погода была теплой и какой-то торжественной. Целых три ночи я вместе с Мэйсоном трудилась над «Тайнами Сентрал-Парк-Вест» и торчала в редакции до двух, а то и до трех утра, потом добиралась домой на такси, чтобы несколько часов поспать, принять душ, переодеться и снова мчаться в офис, не имея ни секунды свободного времени ни на какие рефлексии – меня, впрочем, подобная гонка в данный момент полностью устраивала. Но сегодня, когда Тейт настоял, чтобы я пораньше отправилась домой, я вдруг поняла, что без цели слоняюсь по Пятой авеню, и поднялась на высокое крыльцо собора.
В середине дня из четырехсот скамей в соборе пустовали триста девяносто шесть. Я села и попыталась отпустить свои мысли на волю, но они не подчинились и продолжали крутиться вокруг одного и того же.
Ив, Хэнк, Уоллес.
Как-то вдруг сразу ушли они все – такие храбрые, такие достойные люди. Один за другим, они, сверкнув, промелькнули и исчезли из моей жизни, а в ней остались лишь те, кто так и не сумел перестать быть рабом собственных желаний: такие, как Анна, Тинкер и я.
– Можно? – вежливо спросил кто-то рядом со мной.
Я подняла голову, немного раздраженная тем, что кому-то непременно понадобилось сесть рядом со мной, хотя свободных мест было сколько угодно. Но оказалось, что это Дики.
– А ты что здесь делаешь? – спросила я шепотом.
– А ты? Неужели каешься?
Он скользнул на скамью рядом со мной и тут же машинально сложил руки на коленях, как это по привычке делает тот, кого в детстве не просто хорошо воспитывали, но даже дрессировали, потому что он был слишком подвижным ребенком.
– Как ты меня нашел? – спросила я.
Он наклонился ко мне, не отрывая глаз от алтаря, и шепотом пояснил:
– Я остановился возле твоего офиса, надеясь, что, если мне вдруг повезет, я там с тобой встречусь. Но ты так и не появилась, и все мои планы пошли прахом, но одна крутая красотка в очках «кошачий глаз», заметив меня, предложила мне не торчать у входа в офис, а заглянуть в одну из ближайших церквей. Она сказала, что ты иногда во время кофейного перерыва посещаешь подобные места.
Надо отдать должное Элли. Я ведь никогда не говорила ей, что мне нравятся церкви, а она никогда даже намеком не дала понять, что ей об этом известно. Но то, что она оказала Дики эту крохотную услугу, вполне могло стать первым конкретным свидетельством того, что мы с ней станем друзьями на долгие-долгие годы.
– Откуда ты узнал, в какую именно церковь я пошла? – спросила я.
– Ну, это просто. Ведь в трех предыдущих тебя не оказалось.
В ответ я лишь молча стиснула его руку.
Изучив внутреннее убранство собора, Дики задрал голову и смотрел теперь куда-то в глубины церковного купола.
– Ты знакома с трудами Галилея? – спросил он.
– Ну да, это ведь он открыл, что земля круглая.
Дики удивленно посмотрел на меня.
– Правда? Разве это он? Это открытие явно сделали вовремя!
– Но разве ты не Галилео Галилея имел в виду?
