— Пока ничего конкретного. Одно смутное ощущение.
— Ну-ну, — подзадорила его Вероника Матвеевна. — Ощущение в начале расследования дорогого стоит.
— Мне кажется, в деле просматривается какая-то женщина.
— Откуда такой вывод?
— Как вы помните, у Анастасии Шороховой было три жениха. Первый, Юрий Торопцев, свалился с лестницы в своем загородном доме. Так вот. Был свидетель, утверждавший, что в ночь гибели Торопцева рядом с ним находилась женщина. Это раз. Второй жених Анастасии — пропавший без вести студент Павел Локтев — абсолютно темная лошадка. Его родные смогли вспомнить только одно: накануне исчезновения Павлу звонили по телефону.
Голос, как вы уже догадались, был женским.
— Два, — подытожила Вероника Матвеевна.
— И третий жених Анастасии, ее коллега Алексей Самсонов, упавший с балкона, был накануне своей гибели несколько раз замечен соседями с неизвестной женщиной, описать которую они затруднились. Но это не Анастасия, потому что в те дни, когда Самсонова видели с незнакомкой, ее не было в городе.
— А ты говоришь — ощущения, — развела руками Вероника Матвеевна. — Это не ощущения, а реальные факты.
— И вовсе это не факты, а неподтвержденные фактики, — возразил Стас. — С ними еще предстоит работать.
Первый свидетель — алкоголик. Телефонный звонок мог быть от кого угодно. А незнакомка, с которой видели Самсонова, не имеет ни примет, ни даже более или менее приличного описания.
— И все-таки в этом действительно что-то есть, — возразил Саша Таганов. — Женщина — это именно то, что подходит сюда идеально.
— У тебя просто мания, — отмахнулась Вероника Матвеевна. — Нашел мировое зло.
— Возможно, в Фадеева стреляли не потому, что он затеял расследование, — высказался Стас. — В конце концов, он из породы людей, которые сегодня стоят первыми в списке на отстрел. Допустимо предположить, что здесь междусобойчик, банальный передел собственности.
— Для этого не стали бы красть пистолет у какого-то там Воробьева, — заметил Пучков. — Кстати, этого Воробьева надо как следует проверить. Возможно, именно в его окружении и обнаружится тот самый загадочный некто, который…
— Женщина! — воскликнул Таганов. — В его окружении надо искать женщину.
— Поищем, — сказал Пучков. — Кстати, Стас, а что с Шороховой?
— Поехала в больницу к Фадееву. Мучимая чувством вины.
— Как ты думаешь, — спросила Вероника Матвеевна, — нам удастся ей помочь?
— Удастся. Ведь нам уже заплатили, — вмешался Пучков. — А гонорары я обратно еще ни разу не возвращал.
— Сначала мы поедем к бабке, — заявила Светлана непререкаемым тоном. — На Каширку. А потом уже в больницу к Руслану. Бабка снимет с тебя венец безбрачия, и Руслан поправится. Вот увидишь!
— Какая бабка? — попробовала было сопротивляться Настя. — Откуда на Каширке бабка?
— Бабка настоящая, — заверила ее Светлана. — Арина Родионовна. В имени чувствуется нечто подлинное, ты не находишь? Деньги я уже отдала.
— Где ты ее взяла? — простонала Настя, уверенная, что ее святая обязанность — рыдать возле больничной койки Руслана.
— Слава о ней переходит из уст в уста, — успокоила ее Светлана. — Арина Родионовна вернула мужскую силу нашему завхозу. Я сама проверяла. Секретарша главного тоже проверяла. И буфетчица. Результаты налицо, если можно так выразиться. Я сначала хотела, чтобы бабка поработала с твоей фотографией, но живьем выходит дороже. А ты сама знаешь: дороже — значит лучше.
— Света, на мне нет никакого венца! — уперлась Настя. — И дороговизна в нашем отечестве — отнюдь не гарантия качества.
— Ты во власти вредных идей, — отрезала Светлана. — И как это на тебе нет венца, если ты с твоей красотой до сих пор не замужем?
Водитель такси немедленно посмотрел в зеркальце заднего вида, чтобы оценить Настину красоту.
— А чего не замужем? — спросил он и подмигнул.
— Я же говорю — венец безбрачия на ней. Не получается у нее замуж! — объяснила Светлана. — Женихов всех как бритвой отрезает.
— Что так?
— Ну… Кто с лестницы упадет, кого подстрелят… — неопределенно ответила она, и шофер немедленно заткнулся.
Арина Родионовна принимала страждущих в запущенной квартирке с засаленными обоями. Окна так давно не мыли, что они посерели от негодования, в треснувших чашечках люстры покоились мумифицированные мухи, а плед на диване задохнулся от пыли. Отличительными чертами хозяйки были хитрое личико и показательный горб на спине.
— Вот, — заявила Светлана тоном победительницы и указала на Настю. — Привезла.
Она усадила подругу на диван, а сама осталась стоять возле окна.
— Позволь, голубица, в тебя глазами впиться, — пропела Арина Родионовна, склонив голову набок и разглядывая Настю, словно синица кусочек сала. — Выйти замуж мудрено, коли вокруг тебя черно.
— У меня всех женихов — того, — сказала Настя и сглотнула. — Поубивало.
— Как корова языком слизала, — подтвердила Светлана, подобострастно глядя на Арину Родионовну.
— Зажгу свечи, поведу речи, — предупредила та, доставая из кармана зажигалку «Ронсон». По всей комнате действительно были расставлены свечи, и через две минуты они высунули пламенные язычки.
