— Напечатать хотите? — встрепенулась она и немедленно полезла все в тот же комод. — Есть у меня карточка!
На заводе Восьмого марта фотографировали. Начальник колонны самолично щелкал!
Когда Стас вышел на улицу, две тетки, судачившие у подъезда, немедленно замолчали и уставились на него.
— Здрасьте! — сказал Стас, который ненавидел, когда на него вот так смотрят.
Тетки на приветствие не ответили, а дождались, пока он дойдет до своей машины, и только тогда позволили себе комментарии.
— Новый Регинкин хахаль, — громким шепотом сообщила одна другой. — Журналист. Видала, какой хлыщ?
Возвратившись в Москву, Стас позвонил шефу отчитаться.
— Я скину твою информацию о Регине Никоновой своим парням, — решил Пучков. — Не нравится мне это дело. — Оно разонравилось ему, когда ранили Фадеева. — Кстати, — вспомнил шеф. — Следователь рассекретил любовницу Игоря Михайловича Воробьева.
— И кто же она? — тут же заинтересовался Стас.
— Пока не знаю. Выясню — сразу сообщу. Куда ты сейчас?
— Регина Никонова подарила мне на память свой снимок, хочу подъехать в гостиницу, показать служащим. И к родителям Паши Локтева еще надо успеть.
— Дерзай, — коротко напутствовал его Пучков.
Вероника Матвеевна сидела на диванчике и вязала крошечный розовый носок. Стас с сомнением поглядел на творение ее рук и осторожно спросил:
— А это для кого?
— Ты не поверишь. У меня скоро родится внучка.
— Внучка? — глупо переспросил Стас. — Не может быть! Внучки бывают у бабушек.
Вероника Матвеевна удовлетворенно хмыкнула:
— Надеюсь, жена покормит тебя как следует?
— Я не домой, — вздохнул Стас. — Мне еще предстоит один трудный визит.
Через полчаса он уже стоял возле квартиры Локтевых и жал на звонок. Дверь открыла невысокая женщина с невыразительной внешностью и тусклыми глазами. Стас представился. Женщина покорно отступила, пропуская его в квартиру.
— Выпейте со мной кофе, — предложила она. — Меня зовут Людмила Ивановна.
— А ваш муж? Он дома? — спросил Стас, озираясь по сторонам.
— Олег? — Женщина обернулась к нему и даже приостановилась от неожиданности. — Олег умер несколько лет назад. Вы разве не знали?
Стас не знал. Выходит, отец Павла Локтева уже ничего не расскажет. Зря он проездил. Только потревожил старые раны.
На комоде в просторной гостиной стояли две фотографии в картонных рамках — муж и сын. Лицо Павла Стасу было знакомо, поэтому он остановил свой взгляд на снимке Локтева-старшего. Тот выглядел молодо и задорно смотрел в объектив из-под светлой волнистой челки.
— Муж никогда ничего не рассказывал вам о собственных поисках сына? — спросил Стас, когда они уселись за стол и вооружились чайными ложечками.
— Да нет. Он вбил себе в голову, что когда-нибудь Паша вернется. Что он просто.., ну, как это? Захотел вольной жизни.
— У Паши не было никаких проблем? — осторожно спросил Стас.
— Он был слишком.., идеальным, — наконец сказала она. — Я всегда полагала, что это и есть самая большая его проблема. По моему разумению, молодой человек его возраста имеет кучу недостатков. А у Паши и недостатков-то не было!
Она рассказала несколько историй из школьной жизни сына, потом поднялась и вздохнула:
— Вам, наверное, пора ехать.
На прощание Стас подал ей руку и пожал вялые пальцы. Итак, он вытащил пустой билет. На очереди — гостиница. На всякий случай стоит проверить, не засветилась ли там Регина собственной персоной.
— Не могу точно сказать, как выглядела та женщина, — пожал плечами один из дежурных, которому Стас показал ее фотографию. — Она была в длинном черном пальто и в сапогах. На голове — платок. Очки с затемненными стеклами. Разве скажешь, какое там под ними лицо?
— То есть вы запомнили исключительно одежду, а не внешность, — констатировал Стас. — Какого она была роста?
— Чуть пониже меня, метр семьдесят примерно. Стройная.
— А возраст?
— Шут их разберет, этих баб. Иной раз идешь, смотришь на ее задницу, думаешь — студентка. Заходишь спереди — кошелка старая. Думаю, этой не больше сорока.
Описание в любом случае никак не подходило к Регине Никоновой, которая была дамой миниатюрной. Со стройностью там тоже были проблемы. Кроме того, в коридоре ее квартиры Стас не заметил длинного черного пальто, только куцее драповое. Нет-нет, в гостинице проживала совсем другая дама.
Если Стас все понимает верно, незнакомка, которая зарегистрировалась здесь под именем Регины Никоновой, и увела у Воробьева пистолет.
Бессонов подкатил к дому Насти на полчаса раньше срока. То есть он собирался приехать точно в назначенное время, но с самого утра все думал, как он поедет на встречу, и поэтому промахнулся. И что теперь ему делать эти полчаса до появления Фокина? Сидеть в машине и пялиться на часы как-то глупо. Вдруг Настя заметит его из окна? Что она о нем подумает? Стас понятия не имел.
Может, она вообще о нем не думает. И ее заботит только здоровье Руслана Фадеева, который борется за жизнь в городской больнице. Он решил выкурить сигарету и тогда уж идти. И тут увидел Захара Горянского.
