— Один сукин сын по имени Лу Берджин.
— И я полагаю, со мной теперь свяжется адвокат мистера Берджина.
— Он первый начал, Лейша. Я только дал сдачи.
Лейша внимательно посмотрела на Дру. Ему исполнилось шестнадцать. Несмотря на кресло-каталку — или благодаря ему он фанатично занимался физкультурой, и верхняя половина тела была в превосходной форме. Нетрудно поверить, что он смертельно опасен в драке. Лицо юноши еще не сформировалось: нос слишком велик, подбородок маловат, на коже прыщики. Только глаза были красивы — живые, зеленые, в обрамлении густых черных ресниц. В последние два года между Лейшей и Дру начались трения, периодически смягчаемые неуклюжими попытками Дру вспомнить, скольким он ей обязан.
Его исключали уже из четвертой школы. В первый раз Лейша проявила снисходительность: очевидно, интеллектуальные требования школы, где полно детей-генемодов, непосильны для маленького калеки-Жителя. Во второй раз она стала строже. Дру провалился по всем предметам, перестал посещать уроки, коротая время за своей полуавтоматической гитарой или игровым компьютером. Никто не собирался заставлять его — будущие администраторы страны учились без понуканий.
Потом Лейша отправила его в структурированную школу с огромным выбором дисциплин. Дру она пришлась по сердцу: он открыл для себя драматургию и стал звездой в актерском классе. «Я нашел свою судьбу!» — заявил Лейше. Но спустя четыре месяца Дру снова очутился дома. Ему не удалось получить роль ни в «Смерти коммивояжера», ни в «Утреннем свете». Алиса мягко спросила:
— Их смущает Вилли Ломан или Келланд Ви в инвалидном кресле?
— Это политика ишаков, — сплюнул Дру. — И так будет всегда.
Тогда Лейша поставила перед собой трудновыполнимую задачу: найти школу с необременительной академической программой, регламентированным учебным днем и высоким процентом учащихся из семей без сильных финансовых связей или выдающихся предков. Казалось, школа в Спрингфилде, штат Массачусетс, понравилась Дру, и Лейша решила, что дело пошло на лад. И вот он снова здесь.
— Посмотри на себя, — угрюмо сказал Дру. — Почему бы тебе не произнести это вслух? «Вот опять вернулся облажавшийся Дру, который не в состоянии ничего довести до конца. Что, черт возьми, нам делать с бедным маленьким Жителем Дру?»
— И что же нам делать? — жестко спросила Лейша.
— Махнуть на меня рукой?
— О нет, Дру, — сказала Алиса.
— Я не о тебе, бабушка Алиса. Ведь, по мнению Лейши, таким отщепенцам нет места.
— Естественно, если думать, будто само твое существование — подарок, и ничего не делать.
— Прекратите, — резко перебила Алиса.
Провокация задела Лейшу за живое и она сказала юноше:
— Тебе будет интересно повидать Эрика. Он чудесным образом исправился и делает подлинные успехи в составлении глобальных атмосферных кривых. Джордан невероятно гордится им.
Глаза Дру вспыхнули. Лейше вдруг стало до тошноты стыдно за себя. Ей семьдесят пять — а этому мальчику шестнадцать. Спящий, без генемод, даже не из ишаков… Постарев, она утратила способность к состраданию. Иначе зачем же ей отсиживаться в этой крепости в Нью-Мексико, убегать из страны, которой когда-то надеялась помочь?
Алиса устало сказала:
— Ладно, Лейша. Дру, Эрик просил меня передать тебе кое-что.
— Что? — огрызнулся Дру. Впрочем, он никогда долго не сердился на Алису.
— Он вымыл свою задницу в Тихом океане. Что это значит?
Дру рассмеялся:
— Да, он и вправду изменился. — В его голосе снова зазвучала горечь.
Стелла в смятении вбежала в комнату. Она прибавила в весе и теперь выглядела, как женщины на картинах Тициана — с пухлой, здоровой плотью и юношески рыжими волосами.
— Лейша, там… Дру! Что ты здесь делаешь?
— Он приехал в гости, — ответила Алиса. — Что случилось, дорогая?
— Посетитель к Лейше. Точнее, трое. — Двойной подбородок Стеллы дрожал от волнения. — Вот они!
— Ричард!
Лейша пулей пронеслась по комнате в его объятия. Ричард поймал ее, смеясь, потом отпустил. Лейша тотчас же повернулась к его жене. Аде, стройной полинезийке с застенчивой улыбкой.
Когда после двадцати лет бесцельных скитаний по свету Ричард впервые привез Аду в компаунд в Нью-Мексико, Лейша приняла ее настороженно. Они с Ричардом давно уже не были любовниками: Лейше претила мысль спать с мужем Дженнифер. И Ричард не делал попыток. Он долгие годы тосковал по своим детям, Наджле и Рики, разлученным с ним навсегда, и это глубокое горе было так нехарактерно для Неспящего, что Лейша не знала, как реагировать. Она чувствовала облегчение, когда он отправлялся в длительное путешествие. С одним кредитным кольцом Ричард объездил Индию, Тибет, антарктические колонии, пустыни Центральной Америки — всегда какие-нибудь технологически отсталые страны, насколько это возможно в мире, обладающем энергией Кенцо Иагаи. Лейша никогда не расспрашивала его о странствиях, а он не рассказывал. Она подозревала, что он притворялся Спящим.
А четыре года назад он привез Аду. Свою жену. Она родилась в одной из добровольных культурных резерваций в Тихом океане. Ей было пятнадцать лет. Она не говорила по-английски.
