В конце концов он просто отволок Игната в машину, проворчав, что нечего напрасно языком молоть. А если пришла охота хвост распушить, то делать это надо во внерабочее время. Однако подруги даже не стали пытаться удержать Игната и выдоить из него еще какую-нибудь информацию. Им и так хватило того, что они услышали.
— Никогда бы не поверила, что в уголовный розыск, да еще в отдел, который занимается серийными маньяками, берут таких чудиков в голубых панамках, — пробормотала Леся, наблюдая, как «шестерка» с двумя ментами, гремя и охая, исчезает за поворотом.
— Он и не был психом! — возразила ей Кира. — Ты же слышала, что сказал Игнат. Это была своего рода маскировка, прикрытие, под которым Кашин мог спокойно вести наблюдение за местностью. Никто не обращал внимания на безобидного дурачка, которым он прикидывался.
— Наблюдение! За местностью! — фыркнула Леся. — Скажи лучше, он наблюдал за нашим санаторием и его обитателями! Ты же помнишь фотографии, которые мы нашли у него в доме! Там почти все снимки были сделаны в нашем санатории.
— Ну и что? — возразила Кира. — Или ты хочешь сказать, что Кашин не просто так вертелся возле нашего санатория?
— Именно, — кивнула Леся. — Именно это я и хочу сказать!
И после этой фразы подруги с ужасом переглянулись.
— Это что же выходит? — внезапно осипшим голосом произнесла Кира. — Если Кашин был на самом деле ментом и охотился за маньяком, но крутился при этом все время возле нашего санатория, то маньяк… Маньяк находится где-то там?
— Рядом с нами? — пропищала Леся, чувствуя, что ноги отказываются ее держать.
И она в самом деле плюхнулась на крылечко опустевшего отделения милиции и пригорюнилась.
— Почему мы сразу же не отдали фотографии из того сарайчика, который арендовал Кашин, в милицию? — попеняла она подруге. — Это все ты виновата! И твоя любовь к самодеятельности. Если бы не ты, то сейчас бы в наш санаторий уже приехала целая следственная бригада, специализирующаяся на выявлении маньяков. И его бы давно сцапали. А мы бы с тобой были в безопасности!
Кира молчала. В словах подруги была своя правда. Но потом она вспомнила кое-что важное.
— Скорей всего, — произнесла она, — после убийства Кашина вся округа и так наводнена его коллегами. Просто они не афишируют свою деятельность. И еще я думаю, что маньяка тут уже нет.
— Нет? — слегка оживилась Леся. — Почему?
— Потому что он уже совершил свое убийство, и делать ему тут больше нечего, — ответила Кира. — И к тому же я уверена, что все коллеги Кашина активно ищут убийцу их коллеги, где бы он ни был. В конце концов они же должны отомстить за смерть их друга!
Леся подняла голову. Слова подруги подействовали на нее словно живительная влага на истомленный зноем цветок.
— Да, — произнесла она. — В самом деле! Они должны вывести маньяка на чистую воду. Теперь это для них дело чести! А то что же получается? Кашин пытался поймать маньяка, но сам попался в расставленную им ловушку. И поплатился за свое расследование жизнью. Это же стыд и позор! Маньяк небось сейчас торжествует. И будь я на месте коллег Кашина, уж я бы камня на камне от этого местечка не оставила, но маньяка вычислила и придушила, пока он не совершил еще что-нибудь ужасное.
— Мы и сами можем попытаться, — робко предложила Кира. — Хотя бы вычислить его личность.
— Только вычислить? — уточнила у нее Леся. — Потому что если ты предложишь, его еще и изловить, то я должна буду отказаться.
— Что ты! Ловить его мы предоставим профессионалам! — живо заверила ее Кира.
— Но если мы хотим его вычислить, то нам надо побольше узнать о прошлогоднем преступлении, — сказала Леся. — Может быть, догоним Игната и Бориса. Кстати, а куда это они намылились?
— Не знаю. Но они нам в этом все равно не помощники, — покачала головой Кира. — Потому что когда в прошлом году было совершено первое убийство, то ни Игната, ни Бориса тут не было. Ты же помнишь, они служили в армии. И вернулись в родной поселок совсем недавно.
— Ну да, — кивнула Леся. — Верно. Они нам об этом еще при первой нашей встрече говорили. Я просто забыла. И что нам тогда делать? Коллег Кашина мы тоже не знаем, где искать.
А нам надо поискать человека, который работал в местной милиции еще в прошлом году, — ответила Кира. — Только вот вопрос, где же его искать-то?
Но тут словно по щучьему веленью, по Кириному хотенью в воздухе из-за поворота материализовался довольно упитанный гражданин в довольно потрепанной рубашке, в форменных армейских штанах с огромными заплатами на коленях. Голову его прикрывал красный клетчатый платок, связанный в четыре узелка. Выглядел гражданин утомленным и вроде бы расстроенным. А обнаружив дверь в милицейское отделение закрытой, в сердцах чертыхнулся.
— Вот салаги! — произнес он, присаживаясь на крылечко рядом с подругами. — И где их только носит?
И, посмотрев на подруг, он вытер потный лоб и спросил:
— Вы не видели?
— Они куда-то уехали, — ответила Кира, поняв, что этот гражданин интересуется Игнатом и Борисом.
