Они вышли в переулок – сюда уже долетал шум волн. Шторм разыгрался немаленький. Орланы смогут добраться вовремя лишь в том случае, если уже на подлете к острову. Иначе не будут рисковать, задержатся на отмели. В лучшем случае на ближних скалах.
На площади не горел ни один фонарь, – как и в ту ночь, когда Сергей был здесь с Аней.
– Хоть глаз выколи, – проворчал физрук.
– Зато здесь точно никого нет.
– Может, они за углом патрулят. Как выпрыгнут сейчас!
– Нет. Орланы не ходят без фонариков. Источники света я чувствую очень хорошо.
Вот и башня. Такая знакомая и в то же время – чужая. На двери висел фигурный амбарный замок.
– Ты там был хоть раз? – спросил Сергей, доставая фонарик. – Прикольный замочек.
– Был… в детстве. Пока ее не закрыли. Ты точно сможешь открыть?
– Конечно. Загороди свет.
Сергей включил фонарик, поднеся его довольно близко к замку, а Саша прикрыл электрический луч ладонями, чтобы наружу не просочилось ни отсвета.
Сергей медленно поводил фонарем, словно вкручивая в замок ключ.
– Французский, – произнес он наконец. – Стержень, петелька. Легко.
Резкий поворот запястья – и замок щелкнул.
– Что такое «французский»? – прошептал Саша.
– Не знаю. Просто так называется. Прошу!
Дверь открылась без скрипа – петли недавно смазывали. Саша ступил вслед за Сергеем внутрь башни.
Удивительно, но глазам приходилось верить: техно открыл замок лучом электрического фонарика.
– Где ты берешь батарейки? Неужели в городе техно их запас на одиннадцать лет?
– Нет, – ответил Сергей и открутил крышечку. Внутри было пусто. – Мне не нужны батарейки.
Они поднялись по темной лестнице, минуя два пролета. В окошко задувал морской ветер. Было отчетливо слышно, как за стеной падают с высоты огромные волны, разбиваясь о берег. Здание полиции скорее угадывалось темным силуэтом.
Справа от окна находился вход в каморку с часовым механизмом.
– Думаешь, слепилка внутри?
– Нет, – покачал головой Сергей. – Там только шестеренки, рычаги… Она должна быть где-то здесь.
– Где – здесь?
Саша обвел руками пустое помещение.
Сергей направил луч света на стену и принялся обшаривать сантиметр за сантиметром.
– Считаешь, ее все-таки замуровали?
– Не думаю. Просто на всякий случай.
Осмотр стен ничего не дал. Исследование пола – тоже.
– Может, она где-нибудь внизу? – теряя терпение, предположил физрук.
Сергей посмотрел на него.
– Или наверху! – сказал он.
Они одновременно задрали головы.
Потолка не было. На деревянных перекрытиях лежали доски – пригнанные кое-как, с большими зазорами.
– Можешь подсадить? Я легче тебя, – попросил Сергей.
Ни слова не говоря, Саша уперся в стену руками, Сергей влез ему на плечи и, поддев снизу первую доску, положил ее на соседнюю. Сдвинув еще несколько досок, он расширил лаз до нужного размера, проверил перекрытия на прочность – держатся. Подтянувшись на руках, забросил ноги внутрь и через секунду исчез в дыре.
– Эй, ты там осторожней! – позвал Саша.
В ответ сверху замерцал фонарик.
А в следующую секунду Саша сообразил, что фонарик Сергея лежит на полу у стены. Свет наверху погас. Сергей вернулся через мгновение. Он аккуратно спускал в отверстие огромный пыльный прожектор.
– Она и правда была там! Даже не верится. И работает?!
– Да. Сможешь удержать? Не очень тяжелая.
– Попробую.
Они аккуратно опустили прожектор на пол, затем Сергей спрыгнул.
– Когда Лялькин отец успел ее туда спрятать? Выложить потолок! Разве у него было на это время?
– Не было. Прятал не он. Вот, там было.
Сергей протянул Саше сложенный вдвое лист бумаги. Физрук развернул его. Бледно-голубыми буквами, четким почерком было выведено:
– Это Лялькина мать? Разве она не погибла вместе со всеми? – удивился физрук.
Сергей отрицательно мотнул головой:
– Жену Краснова звали Светой, и, конечно, она не успела бы ничего спрятать. Я думаю, это Лялина бабушка.
Саша присвистнул:
– Вот тебе и «Крошка, спи, погасли свечи…».
– Теперь мы просто обязаны вернуться, – уверенно произнес Сергей.
Мы стояли на широкой дороге. Она извивалась и убегала вдаль, в обе стороны. А вокруг была пустошь. Ни крыши, ни решетки, ни каллиграффити. Только камни и пыль.
– Годится, – прокаркал грифон. – Все лучше, чем было. Самая интересная игра на свете – это противостояние, техноведьма. Если противник достойный. А ты вполне подходишь.
– С чего вы взяли? – выкрикнула я, краем глаза поглядывая по сторонам.
Может, меня спасет кто-нибудь? Хотя взяться спасителям неоткуда. Разве что упасть с неба.
Грифон усмехнулся:
– Давно живу на свете. Вижу. Но перейдем к делу. Правила магического поединка просты: я нападаю, ты защищаешься. Если сможешь отбить атаку и напасть сама, защищаться буду я. Вот и вся премудрость.
