Повести и романы, включенные в данное издание, разноплановы. Из них читатель узнает о создании биологического оружия и покушении на главу государства, о таинственном преступлении в Российской империи и судьбе ветерана вьетнамской авантюры. Объединяет остросюжетные произведения советских и зарубежных авторов сборника идея разоблачения культа насилия в буржуазном обществе.
Поезд надземки вырвался как из ада, обдавая запахами перегретого металла и горелой резины. Приклеенные к стеклам вагонов фигурки казались неживыми. Между колесами и рельсами взвивались фонтанчики искр. Квадратный человек с мощными плечами шел под эстакадой надземки, соединяющей вокзал и торговый центр. По низко надвинутой шляпе, по сутулости, по тому, что пальцы, сжатые в кулаки, почти не выглядывали из длинных рукавов, по уныло обвисшим и вяло шевелящимся полам плаща видно было, что человек, над головой которого грохочут обшарпанные вагоны, испытывает крайнее напряжение.
В двух кварталах от вокзала и торгового центра за столом удобно расположился другой человек, поражавший безмятежностью, но не от недостатка ума или утраты инстинкта самосохранения, а по причине умения владеть собой – такие пользуются покоем, оплаченным годами чудовищных перегрузок. Другой человек лишь казался безмятежным, научившись виртуозно скрывать истинные чувства.
На противоположном конце города – более часа езды на автомобиле – третий человек совершенно не подозревал, что вскоре двое первых вступят в сговор относительно его судьбы.
Если колесико арбалета вышло из строя, тогда худо, заменять его морока, а если только перетерлись натяжные приводы, тогда пара пустяков и… в дело: с расстояния в пятнадцать – двадцать ярдов грудь пробивает навылет, а больше и не понадобится. Рори Инч поставил стрелу на оперение и упер указательный палец в острие из стали специальной закалки. Кто бы мог подумать, что арбалеты пригодятся через столько лет! Они бесшумны, а в наши времена бесшумность – немалое преимущество.
Рори Инч упрятал арбалет в футляр, копирующий вместилище для музыкального инструмента, и забросил на антресоль. Снова раковина полна грязной посуды, автомат мойки сломался, и мухи ползают по жирным пятнам, налипшим по краям тарелок. Для мух неряшливость Рори всегда праздник. Кофе злобно забулькал на плите, и Рори не успел вырубить подогрев прежде, чем коричневая жижа вытекла на сплошь заляпанную разноцветными подтеками поверхность. Проклятые электрические плиты! Вечно забываешь смотреть на показания прибора, а тем более включать реле времени, чтобы оно проследило за неизменно убегающим кофе.
Рори выстроил в ряд баночки с приправами, окунул палец в охряный порошок чилийского перца, поднес к носу. Из кухни выходить не хотелось, хоть и неуютно, зато спокойно, взгляд скользит по привычным предметам, и удается отогнать назойливые мысли, все эти умственные шараханья, когда десятки страхов, истинных и ложных, одолевают с единственной целью вывести из равновесия.
Арбалет, конечно, штука удобная, а грязная посуда вещь неприятная, но хуже всего предстоящая встреча с Тревором Экклзом, от нее никуда не деться – это не мухи, не сломавшаяся посудомойка, не убегающий кофе. Деться от Тревора Экклза некуда: он дает Рори работу, а работа – деньги, деньги же – все остальное, так что хочешь ты видеть мистера Экклза или нет, не имеет никакого значения.
Мистер Тревор Экклз сидел за столом и думал о Рори Инче. Сколько они уже работают вместе? Не меньше пятнадцати лет. Кто бы мог подумать, что из такого увальня получится непревзойденный специалист! Никто не верит, и отлично: кому придет в голову, что туша весом под три сотни фунтов способна совершать кошачьи прыжки, бежать без устали милю за милей и неизменно успешно обороняться от тонкогубых неистовых мальчиков, накачанных наркотиками, с ножами, намертво прилипшими к ладоням.
Тревор подобрал Рори на скотобойне, где дружки мистера Экклза пускали в обход закона хвосты, копыта и прочую дребедень. Представить трудно, какие это приносило доходы! Одного скотобойника так и величали – Король Телячьих Хвостов (настоящее его имя сейчас Тревор Экклз ни за что не вспомнил бы). Именно Король Телячьих Хвостов позвонил пятнадцать лет назад Экклзу: «Слушай, Треви, у меня тут завелся один ирландский мальчуган, по-моему, это то, что тебе надо. Когда он видИт кровь, глаза у него так выразительно мутнеют, будто он вспоминает самую сладкую из своих подружек. И еще, ребята тут у нас крутые, задиристые, и ни один еще – а уж как хотели! – не съездил ему по морде». Король Телячьих Хвостов замолк, пытаясь побороть удивление, потом озадаченно повторил: «Ни один! Шельмец отсекает хвост быку-десятилетке одним ударом, впрочем, что ты в этом смыслишь. Треви, за находку с тебя всего двадцатка».
Экклз усмехнулся: были же времена, тогда ведь двадцатка принималась за вполне приличное вознаграждение.
Через день появился Рори Инч собственной персоной, и Экклз подумал, что Король Телячьих Хвостов напутал или захотел между делом зашибить денежки. Таких медно-рыжих волос и таких веснушчатых пятен по всему лицу Экклзу видеть не доводилось.
Мистер Экклз спросил тогда:
– Парень, что ты умеешь делать?
– Ничего, – проскрипела туша низким голосом.
– Отлично, – поддержал мистер Экклз, – как раз то, что надо. Можешь присесть.