Этот мысленный посыл не помог, Жаров не шевельнулся. Макс решил не обращать на него внимания, памятуя о тараканах.
Он встал сбоку от парня и скомандовал:
– Теперь то же самое за десять секунд!
Загремели выстрелы, глухие и нестрашные благодаря наушникам. К потолку поднялись струйки сизого дыма.
Кравцов отстрелялся на «отлично», положил пистолет на стойку и насмешливо поглядел на Макса. Тот сделал вид, что все в порядке, и пошел менять мишени. Он повесил сразу три, припомнив хитрое и довольно сложное упражнение на поражение ростовой, грудной и головной фигур на время. Сам он справлялся с ними на «хорошо», но давно не тренировался и решил посмотреть, как с этим заданием справится.
Макс обернулся и застыл на месте. Кравцов целился в него из «макарова», в котором оставались еще два патрона! Олег делал вид, что направил ствол в грудную мишень, которая помещалась как раз за спиной Макса, но тот отлично видел черный зрачок дульного среза, поглядывающий прямо на него.
Максу стало душно, перед глазами малость потемнело, но не от страха, а от злости. Это уже не наглость и даже не хамство, а угроза, прямая и неприкрытая. Это вызов, если угодно, проверка – сдрейфит оппонент или нет.
Кравцов стоял как положено. Пистолет на уровне глаз, в вытянутой руке. Вторая поддерживает запястье. Стойка на загляденье, не подкопаешься.
Жарова Макс не видел. Похоже, тот куда-то свалил, пока его новый инструктор развешивал мишени.
– Оружие опусти. – Макс шел на Кравцова, а тот и ухом не повел.
Он чуть развел губы в улыбке, показал желтоватые клыки и снова состроил серьезную физиономию. Парень следил за Максом, ловил каждое движение, держал его на прицеле.
– Опусти, кому сказано! – Макс остановился напротив, глянул противнику в глаза.
Роста они были примерно одного, только Кравцов пошире в плечах и наглее. Такой субъект и без особой силы, на одном нахальстве может дел натворить, если кураж поймает.
Так оно, похоже, и было. «Ученика» распирало чувство превосходства над безоружным противником. Он подался вперед, поднял пистолет еще выше. Холодная сталь уткнулась Максу в переносицу.
– Придурок, – еле ворочая языком, сказал тот. – Дебил самый настоящий. Опусти ствол, урод, или…
– Или что? – дурковал тот. – Валяй, напугай меня. Ой, боюсь-боюсь!
Олег вскинул брови, состроил совершенно идиотскую физиономию, глупо заморгал, изображая испуг. Пистолет, однако, не дрогнул. Дульный срез впечатался в кожу.
Макс почувствовал, как по хребту пробежал холодок. Удивительно, но страха не было. Он не верил, что этот придурок выстрелит. Если бы хотел, то давно снял бы пистолет с предохранителя.
Тут, как в дурном сне, Кравцов щелкнул флажком, опустил его вниз, передернул затвор и легонько надавил пальцем на спуск, отводя его назад. Макс услышал, как лязгнул патрон, досланный в патронник.
Тихий голос прозвучал точно со стороны:
– Вот так, умник. Ну и что ты теперь делать будешь?
Наконец-то Максу стало по-настоящему жутко. Взмокшие руки дрогнули, по спине пробежал ледяной ручеек. От «макарова» тошнотно воняло порохом. Макс чувствовал – еще немного, и его вывернет прямо здесь.
Он неожиданно представил себе, как это будет выглядеть со стороны, скривился от омерзения и покосился по сторонам. Никого, разумеется, нет. Они тут одни, никто не увидит, что будет дальше.
Макс улыбнулся, шутливо поднял руки – мол, ладно, сдаюсь – и рухнул на колени. Парень, может, и ожидал такого поворота событий. Но момент он проворонил и попался на тот самый прием, которым капитан ФСБ Казарцев положил его инструктора. Макс схватил Олега за лодыжки, дернул на себя и с удовольствием услышал глухой гулкий звук. Кравцов крепко приложился затылком об пол.
– Нравится? – Макс вскочил и едва успел убраться вбок.
Грохнул выстрел. Парень каким-то чудом не выпустил пистолет из рук и нажал на спуск. Пуля угодила в потолок, срикошетила от бетонного перекрытия, врезалась в стойку слева, отскочила от нее и свалилась на пол.
Макс увидел маленький кусочек свинца, и в глазах у него тут же потемнело от боли. Кравцов врезал ему рукоятью «макарова» по скуле. Удар пришелся по касательной и рассек кожу, по щеке полилась кровь.
Макс навалился на Кравцова, поймал и выкрутил в болевом приеме руку с пистолетом. Олег рыкнул от боли и ударил Макса лбом в переносицу. Но тот успел отклониться, выкрутил руку противника еще сильнее, дожал и держал так, пока «макаров» не упал на пол.
Кравцов вывернулся на живот и попытался стряхнуть с себя Макса. Тот заломил ему руку за спину, уперся коленом между лопаток, с силой врезал по ребрам, потом еще, еще и еще. Он бил, пока кто-то не перехватил его руку, занесенную для очередного удара.
– Хватит! – Жаров дернул Макса на себя. – Достаточно. Прекратить, я сказал! – Он оттолкнул от себя Олега, уже сидевшего на полу.
Тот отшатнулся, уперся ладонями в пол и вдруг побледнел чуть ли не до синевы. Парень как-то бессмысленно глянул на Макса, на Жарова, согнулся пополам, и его стошнило.
– Зараза! – Жаров матюгнулся вполголоса, подошел к парню, оттащил его к стенке, уложил на пол.
