В кабинете следователя мне было слишком душно. Не от того, что я подписывала очередную бумагу, подтверждающую бесчестность моего мужа или из-за плохого самочувствия в виду моего положения, а потому что давили пристальный тяжелый взгляд и многозначительное молчание Кости. Я изо всех сил старалась не смотреть на него, но даже поверхностью кожи чувствовала томительную близость. Кажется, он чего-то очень ждал, искал в моем лице ответы на свои вопросы.
Нет, я не разлюбила его. И сейчас во мне горело желание наплевать на собственную гордость и броситься в объятия любимого, забыть свои обиды, чтобы наконец-то зажить с ним счастливой жизнью. Хотя, с другой стороны, я понимала, что должна наладить сначала собственную жизнь и привести в порядок свое душевное состояние, чтобы снова не наломать дров.
Я чувствовала, как на моих щеках проступил красный румянец, меня бросило в жар. К горлу понемногу накатывала тошнота.
— Извините, мне нужно выйти, — вскочив со стула и с шумом бросив ручку на стол, я быстро скрылась за дверью.
В туалете мне удалось привести свое состояние в равновесие. Нет, еще слишком рано начинать все сначала. И пусть я ношу под сердцем нашего ребенка, это вовсе не значит, что я должна бежать в Костины объятия со всех ног и клясться ему в своей любви.
Выйдя в коридор, я увидела Костю. Он стоял у стены напротив, сложив руки в локтях на груди и подвернув одну ногу за другую. Его лицо было озабоченным, хмурым. Когда он увидел меня, внимательно окинул взглядом.
— У тебя все в порядке? — спросил он, видимо, переживая за мое состояние.
Я молчала как рыба, не разрешая себе даже пошевелить губами. Старалась сохранить спокойное выражение лица и не выдать свои настоящие эмоции.
— Ты так и будешь молчать? — слишком резко и громко прозвучал его голос.
Он продолжал испытующе на меня смотреть, а потом двинулся в мою сторону и я, как трусливый заяц, сбежала от него обратно в кабинет следователя. Быстро подписав нужные бумаги, я покинула здание, не разрешая себе оглядываться.
Пахнет мартовский воздух надеждой,
По — весеннему легкой одеждой,
Пахнет ветром, упругим и теплым,
И тропинкой — и рыхлой, и мокрой.
Пахнет мартовский воздух так сладко,
Что мне верится: будет в порядке
Все, и беды в муку перемелем…
Ирина Быстрова
В последнее время я часто прогуливалась пешком по пути от работы до дома. На улицах все еще лежал снег, который начинал понемногу таять на тротуарах под тяжестью ног прохожих и превращаться в небольшие лужицы. Солнце стало светить по-весеннему. О приближающемся потеплении можно было узнать по радостному пению снующих туда-сюда птиц. Сворачивая с шумного проспекта во дворы, я с упоением наслаждалась свежим весенним воздухом, наполненным запахом талого снега. На детских площадках детвора весело молола ногами в резиновых сапогах снежную кашу, наблюдая, как та на глазах превращается в прозрачную воду. Я шла не спеша и аккуратно, избегая скользких мест, которые сохранялись в местах, недоступных солнцу.
Уже подходя к воротам дома, я увидела знакомую фигуру. Мужчина курил сигарету, беспокойно расхаживая возле своей машины. Когда он заметил меня, то выбросил окурок в сторону и замер, рассматривая с ног до головы.
— Привет, — произнесла я, приблизившись к нему.
— Привет, — низким голосом ответил он, встретившись с моим взглядом. — Я скучал по тебе, — сказал он и уставился на меня выжидающе.
— Спасибо тебе, Костя. Мне очень нужно было это время.
— Что ты решила? — с надеждой спросил он, подходя ко мне ближе.
— Ты нам нужен, — сказала я, приложив его руку к своему большому округлившемуся животу, который в этот момент ходил под курткой от движений малыша. Костя застыл, почувствовав легкие толчки. На его лице расплылась счастливая улыбка.
Я не пряталась от него. Все это время он знал, где я живу и чем дышу, но не пытался мешать мне, давить на меня своим присутствием или настаивать на сближении. Костя терпеливо ждал, и я была благодарна ему за это. Я не держала его в неведении и сообщала о результатах плановых осмотров, о состоянии ребенка, отправляла фото с УЗИ. Сразу, как только узнала пол ребенка, рассказала ему. Возможно, мне не хватало его близкого присутствия и заботы, но я была счастлива даже от его радостных сообщений и звонков. Мне было достаточно знать, что он любит и ждет, это стоило многого. Поэтому, увидев сегодня Костю на парковке возле дома, я не удивилась, к этому моменту я уже приняла окончательное решение.
На моих губах осталось тепло его поцелуя, которым он выразил свою радость сказанным мною словам. А мне показалось этого мало, и я потянулась к нему за еще одной порцией сладкого. Он аккуратно притянул меня к себе и снова накрыл своими губами. Да, я тоже очень сильно скучала. Только теперь поняла насколько. Уткнулась носом в его теплое шерстяное пальто, втянув в себя родной запах.
