Атлет бросился ко мне,и железной хваткой обхватил сзади. Я даже не успел среагировать, видно слишком много алкоголя было в крови. Попытавшись вырваться, я обмяк в железных клешнях атлета. Петр Лебедев, сузив глаза, подошел вплотную:
— Ну что, урод? Я давно за вами с верхней палубы наблюдаю! Что,дала она тебе, шлюшка наша?
Я почувствовал, что качок немного ослабил хватку, и быстрo ударил его затылком в большой породистый нос, услышав мягкий хруст. Его хватка полностью ослабла. азвернувшись, я добавил ему с локтя в челюсть. Лебедев быстро отступал, я резко бросился к нему, и от души впечатал ногой в грудь. Перелетев через ограждения, он, нелепо размахивая руками полетел прямо в воду. Вдруг я почувствовал сильнейший толчок в спину,и тут же полетел вслед за ним.
Уйдя с головой в воду, я быстро вынырнул, мгновенно трезвея от холода. Петр уже стоял на мраморных ступеньках и блевал, нахлебавшись водой. Я вылез чуть поодаль от него, к нам бежали с теплохода несколько человек, и широкоскулый охранник.
– У вас все нормально? – крикнул какой–то мужик в бежевом свитере. Я поднял вверх указательный палец,и начал снимать промокшую ветровку. Татьяна подбежала ко мне, обняв за голову:
– Ты что делаешь,дурачок! Тебя даже на пять минут нельзя оставить!
Мужик в свитере показал рукой на линию воды у теплохода:
– Там под водой куски бетона с арматурой торчат , повезло вам парни, что не напорoлись…
Татьяна взяла меня за руку и потащила к стоянке такси.
– Поехали быстрей домой, а то простудишься еще.
Когда мы садились в машину, Лебедев показывал в мою сторону подошедшим к нему сержантам-милиционерам. Я хлопнул себя по лбу:
– Блин! Расплатиться за заказ забыл!
– Успокойся, «Ихтиандр». Я рассчиталась . Товарищ водитель, можно побыстрей, у нас здесь человек замерзает…
Через десять минут мы въехали к ней во двор.
В подъезде, на лестничной клетке было темно.
– Опять лампочку выкрутили! – Татьяна растерянно пошарила в кармане куртки, - слушай, Сережа, я похоже ключ где-то посеяла.
Она долго искала ключ, он оказался в кармашке сумочки.
Зайдя в квартиру, Татьяна наполнила ванну горячей водой и отправила меня прогреться. Я действительно весь дрожал после купания в реке. В ванной я снял мокрую одежду, развесил ее на веревке,и погрузившись почти с головой, начал согреваться.
Когда я вылез, заметил на крючке новый мужской халат и большое махровое полотенце. Выйдя из ванны, заглянул в зал. В кресле, склонив голову на спинку, спала Татьяна, в коротком халатике, под монотонное дребезжание «телика».
Я осторожно приподнял ее , перенес на диван, она приоткрыла глаза,и обняла меня за плечи. Чуть дыша, я коснулcя ее сладких губ. Таня ответила мне на поцелуй, нежно поглаживая волосы. Распахнув халат, и освободив ее красивую, упругую грудь, прижался к ней,долго целовал , позабыв обо всем на свете, ласкал кончиком языка нежную, бархатную ожу на животике, Таня вздрагивала и извивалась подо мной, а когда я осмелился,и начал стягивать трусики, на мгновение застыла, и затем остановила мою руку.
– Сережа, давай не будем, прошу тебя, не сейчас…
Она встала , застегнула халат и пошла в ванную. А я смотрел в oкно: на одинокий диск луны, звездную причудливую россыпь, раскинувшуюся в бескрайнем ночном небе и неожиданно уснул…
Проснулся я уже утром, от надоедливого жужжания телефона. Татьяна спала на краю, свернувшись в одеяло калачиком. Я вытащил телефон из кармана.
– Сережа,ты где? - голос у мамы был очень встревоженный.
– ама, я у Вадима ночевал, скоро буду.
– Сережа, я звонила Вадиму. Давай домой быстрей!
Отложив телефон, я вздохнул. Татьяна откинула одеяло:
– Мама звонила? Слушай, Сережа,и мне пора за Олечкой идти…
оя одежда, чистая и выглаженная лежала на спинке кресла.
Она проводила меня до лестничной клетки, и застегнула верхнюю пуговицу на куртке:
– Пока, Сережка!
Дома я проспал почти до вечера. Когда уже стемнело, пошел на кухню и налил себе чай. Отец мелко шинковал капусту на доске, он любил в свободное время «поколдовать» возле плиты.
– Слушай, Серега, давай заканчивай свои ночные пoхождения! Мать переживает, она знает где ты ночевал!
– Откуда?
– Тебя видела ее подружка, на «Дункане». Тебя,и учительницу вашу, Белову. - Отец отложил нож в сторону. - Сергей, послушай меня, она взрослая, самодостаточная женщина. И к тому же, почти в два раза старше тебя. Мне кажется, парень, твоя бригантина не в ту бухту поплыла, - он едва заметно улыбнулся.
В кухню вошла встревоженная мама:
– Чего вы тут расшумелись, на ночь глядя?
– Пап, можно я буду иногда сам решать, с кем мне быть и когда? – и взяв бокал с чаем, я поплелся в свою комнату, услышав, как отец говорил маме в полголоса:
– Вот балбес, совсем как я – в молодости…
4
