— Я, человек из клана унвартов, прошу Хозяина Леса, как одного из хранителей договора, заключенного между…
— Отменить пункт ektescap for frelse, и ква-ква-ква, — бесцеремонно перебила меня жаба, смешно качая головой в такт словам. — Тебе уже ответили, по сто раз повторять будешь?
— Как… ответили? Кто? Когда? — не поняла я.
— Уф-ф, — закатила жаба глаза. — Все хранители ответили, во сне. И что взамен хотят — тоже сказали.
Сон после посещения храма Вечных в Ровеле я помнила очень четко. «Подари мне любовь», пропела тогда Сагарта Милостивая. И остальные тоже потребовали свою плату. Непонятную и страшную.
— Скоген-Хозяин сказал: «Подари мне жизнь», — тихо произнесла я.
— Ну вот, сама все знаешь, — нетерпеливо переступила жаба с лапы на лапу. — Давай.
— Свою жизнь?.. — с трудом выдавила я.
— Ладонь давай, — глубоко вздохнула жаба, глядя на меня как на беспросветную тупицу. — Далась тут кому-то твоя жизнь…
Присев на корточки, протянула жабе-переростку руку ладонью вверх. Наверно, лучше не спорить и не сомневаться, она так уверенно говорила о вещах, о которых больше никто не знал. Но жаба скривилась еще больше.
— Мне что, самой все делать? У меня перепонки, если ты не заметила, — она демонстративно растопырила передо мной лапу. — Вон нож в траве лежит, бери.
Это она, конечно, немного перегнула. Никакого ножа на земле не было, а блеснул он сталью лишь когда желтая жаба с кряхтением передвинула свои пупырчатые телеса на полметра. Сама ведь на нем и сидела. Рукоять была липкая и скользкая. Я неуверенно поднесла лезвие к ладони, вопросительно посмотрела на странную собеседницу.
— Не залей мне только тут все, — кивнула она. — А то по осени такая дрянь полезет, выводить замаешься…
Собравшись с духом, аккуратно полоснула по ладони, поморщилась. Очень неприятно, но терпимо. Заново протянула руку жабе и та, раздувшись, метко что-то сплюнула прямо в ранку. Затем скользнул длинный язык по ладони и жаба снова нахохлилась, приняв прежний презрительный вид.
Я оглядела ладонь — ни следа от пореза, ни крови, будто ничего и не было.
— И… что?
— Что, что, — передразнила жаба. — И всё. Гуляй.
— Как «всё»? Но Скоген… А что дальше?
— Ну, прорастет — пересадишь. Вот прям на этом месте, — та нетерпеливо заерзала. — Все, давай, пока.
— Что прорастет?..
Но желтая жаба уже заковыляла прочь, а в каменной заросшей стене зашелестел вьюнок, открывая проход и приглашая на выход. Астарха у развалин уже не было, да и зачем бы ему меня было ждать. Зато человеческий след довольно быстро учуяли другие обитатели Леса. Пара грозных ульвов рыскали вокруг, вынюхивая землю, косматые, поджарые. Я их прежде только на картинках видела, они не очень большие, размером с крупную собаку, зато свирепостью не уступают гроршам.
Один из них поднял голову, оскалился, втянул воздух и вдруг утратил ко мне всякий интерес. Я уже приготовилась выстроить щит, но второй тоже побрел восвояси. Это защита астарха так действует? Я помню, он еще на балу благословил наш триангл каким-то заклинанием. Или сам Скоген?.. Я срочно осмотрела себя, но никаких меток, вроде татуировки от Сагарты, на себе не увидела. Что это вообще было, там, в саду? Развернувшись, побрела в сторону поселения унвартов.
— Ардин! Ардин! — Анхельм носился как ошалелый, что-то уже жуя, сменив рубашку на какую-то кожаную безрукавку. — Ты не представляешь, как тут всё!.. Там озеро! Там такая рыба водится! А ночью меня на охоту возьмут! Братьев Мексы помнишь? Они мне
Давно я Хельме таким счастливым не видела, даже суровые унварты прятали усмешки в бороды, заражаясь его жизнерадостностью. Мекса тоже переоделась в более привычные ей одежды, обвешалась какими-то амулетами и широкими кожаными браслетами, и выглядела просто шикарно, более не стесненная обязательными для Академии платьями и балахонами. И хвост. Я впервые увидела, как он свободно свисает из специальной прорези в коротких кожаных штанах. Наши впечатлительные девицы из аристократок в обморок бы попадали.
— Астарх водил меня к Скогену, Хозяину Леса.
— А-а, вот так сразу, — вмиг посерьезнел Анхельм. — И что, и что, ты с ним говорила?
— Не знаю. У меня такое чувство, что надо мной подшутили. Или просто обманули. Вообще не поняла, что произошло… Мекса, у Хозяина есть помощники или слуги?
— Нет, — пожала плечами унвартка. — Он же и так везде. Может принять любой облик. А что ты видела?
— Да сумасшествие какое-то… М-мм, в общем, я говорила с жабой. Довольно нахальной и грубой огромной жабой. И что-то я не уверена, что боги так разговаривают… И еще она что-то со мной сделала, но тоже не понимаю, что.
Я подробно рассказала о странной встрече, постоянно прислушиваясь к себе. Но нет, никакого «полога тишины», как это было с Сагартой, когда я слова лишнего о нашем уговоре не могла сказать, на мне не было.
