Я себя болтливой никогда не считала, даже наоборот, а с Ронардом, как и до этого уже пару раз случалось, снова прорвало. Поведала обо всех событиях, что со мной случились после стремительного отъезда из дворца вплоть до появления в Лесу. И слушал ведь! Смеялся после того, как я поставила попечительский совет на место, улыбался, местами хмурился. Рассвирепел от упоминания о нападении в Ровеле, о кандалах Тротта и о проверке, предшествовавшей экзамену, насилу втроем успокоили. Он всего этого знать не мог, так как спал смертельным сном, одурманенный дриадой. И это я еще старалась лишний раз Аландеса не поминать лихом…
Пришлось ненадолго перебраться на его камеля, и даже спускаться с высоченного животного не пришлось: просто была выхвачена из седла ловким движением и неумолимо прижата к груди. Наконец железная хватка чуть ослабла, позволив наконец глотнуть воздуха, и я почувствовала, как понемногу отступает бессильная ярость.
— О, а ты еще не знаешь, как она всем на экзамене носы утерла! Такое светопреставление устроила! — Хельме как-то очень легко перешел с Ронардом на «ты» после того необдуманного приветствия. У него вообще все просто. А меня поначалу от одной мысли, чтобы назвать его светлость хотя бы по имени, трясло.
— Да ничего особенного, — смутилась я. — Всего-то этот форинг Нааратис, который теперь в отделе контроля теперь за главного, попросил сразу с ним контракт подписать, а арн Конлатэн заявил, что со следующего года сам преподавать станет, лишь бы ему дали с моим Светом поработать… Но господин Ксавия живо всех на место поставил. Мол, мне самой решать.
И добавила, хихикнув:
— Ты бы его глаза видел, этого арна, когда я сказала, что ничего, кроме
— Ардина, — что-то заново нахмурился Ронард. — А ты когда вообще в последний раз магию применяла?
— Эм-м… ну вот на экзамене и было. А, нет, на следующий день тоже, уже в Лесу! Ну, когда я тебя Светом… Я действительно лечить не умею, но помогло же! Ну и все. А тени не в счет, они уже давно сами по себе за мной ходят…
— Помогло, — задумчиво согласился Ронард. — Но потом прошло еще три дня в Лесу, два до земель Кеи, день до Дансо, два до Эргани. Сегодня девятый. Твой резерв, Ардина, помнишь? Ты не чувствуешь «перенасыщения»?
Я удивленно посчитала тоже. А действительно. Девять дней без применения магии и у меня даже потребности в ее использовании не возникло. Просто забыла о ней, и все. Не давит, не жмет. Обратилась к своим озерам — оба полнехонькие, но спокойные, наружу не лезут.
— Нет, не чувствую… Хотя все на месте. Ну-ка…
Я поддела всего одну искорку из бескрайнего белого озера, выпустила наружу:
—
Простейшее заклинание светового шара. И магия не подвела, даже из такой крохи получился вполне приличный шар — величиной с мою голову и такой яркий! Только в ладонь сразу будто иголкой кольнуло. Чуть поморщилась, но от внимательного взгляда Ронарда это не ускользнуло.
— Так, остановка, — скомандовал он всем. — Ардина, давай теперь Тьму. Без заклинаний, просто сырую. Немного.
Выпустила и ее бесформенным облаком. И сразу ощутила некий дискомфорт, в ладони запульсировало еще сильнее и я рефлекторно, даже не отдавая себе отчет в действиях, попыталась схватить собственную магию, повисшую в воздухе, втягивая ее в себя. Той самой левой рукой, где затаилось драгоценное семечко.
— Не хочу! Оно не хочет…
Вперилась взглядом в своенравную руку и увидела, как под кожей все шире расползаются темные ниточки-корешки.
— Не понимаю… Это оно излишками питается? Или, наоборот, начинает расти, только когда я магию применяю?
Но Ронард и друзья понимали не больше моего.
— Мекса, когда было пророщено прошлое зерно… Ты говорила, многих принесли в жертву. Кто это был? Была у них магия? — вспомнил Ронард.
— Я не знаю, — растерянно ответила унвартка. — Мы не знаем. Очень давно. Магия почти у всех жителей Леса немного есть. Орки были, дриады сами пошли, наши. Люди тоже… да. Наверняка.
— Но магии Изначальной у вас ведь тоже уже тогда негусто было?
— Как и везде, — кивнула она.
Пока сошлись на том, что магию я по возможности применять не стану. Ну, снова-здорово… То печать, то Сагарта, то кандалы, теперь вот зерно. Но с ним хоть какая-то определенность есть: три недели и все.
На горизонте посветлело. Надо же, целую ночь шли! Солнце выпрыгнуло так же неожиданно, как зашло до этого. И враз задрожал маревом воздух, прогреваясь от беспощадного светила. Днем в сахре лучше спать, беречь силы, иначе жара очень быстро доконает неосторожных путников. Вот и немногочисленные обитатели сахры, шустрые ящерки, змейки и скорпионы, закрывались в пески поглубже, где не достанут палящие лучи.
