Бедный мальчик Майк! Какую толщу добротных стереотипов приходится ему пробивать своим аденоидным голосом! Единственная явная параллель - ранний «блатной» Высоцкий («С водки похмелье, а с Верки - что взять…»). Да и того, как не трудно заметить, любят не за исповеди младых лет, а за последовавшие маски алкоголиков и солдат, притчи о волках и конях.
Легко быть умным, легко быть серьезным. Легко и надежно. Трудно быть искренним, трудно быть самим собой («но возможно..».). Один на сцене - всегда босс, скромный вождь и учитель. Другой - не очень понятен, но полон тайн, очарования. Один - над залом, другой - далеко в стороне. Только Майк стоит среди них. Голый, как в своей ванной комнате, куда неожиданно набежало столько сотен народу. Он демонстративно незащищен. Он позволяет себе выглядеть в песнях жалким и нелепым. Он нарочито антипатичен, даже в самых драматических ситуациях. И, в результате, он пожинает урожай глупых смешков и свиста нормальных ребят и девушек, у которых свои представления об искусстве. Они не хотят видеть себя, это зеркало плюет им в глаза.
У Майка полно посредственных песен. Он не гений, напротив, фантастический разгильдяй. Вряд ли его одного хватит на то, чтобы разогнать смурь праведного провинциализма нашей рок-поэзии. Если вам так уж дорого «разумное, доброе, вечное», то подумайте о наших потомках! Бедные чуваки, слушая современные рок-песни, решат, что мы жили в замках и башнях при свете свечей, не имели представления о гигиеническом сексе и портвейне, а разговаривали только о борьбе добра и зла.
Майк, первая пьяная ласточка. Он хил, но именно он подвинул Рыженко, именно он стал катализатором для варварской молодой шпаны Удовлетворителей. Да и на Гребенщикова, парня умного, он, несомненно, произвел большое впечатление. Остальные… пока «невинны, как младенцы, скромны, как монахи». В конце концов, это их личное дело. И единственное что меня огорчает - за последние полтора года гадкий Майк написал полторы песни. Никаких поблажек этому самодовольному Козлу (по гороскопу)!
Журнал «Зеркало» весьма туманно намекнул мне на то, что очередной номер его выйдет в свет со статьей о нас. На тот случай, если редакция не отказалась от этого достойнейшего намерения, посетив наш концерт, я присылаю ей эти записки.
Я только что вернулся из Москвы в Петербург, сейчас ночь, половина второго, я сижу на кухне, курю любимый «Беломор» и пытаюсь более или менее связно и внятно изложить на бумаге свои мысли о нашей группе.
Для начала: сам факт существования «Зоопарка» меня глубоко удивляет. Мне до сих пор не ясно, каким образом удалось заманить трех человек в подобное заведомо безнадежное предприятие, но пока (тьфу-тьфу-тьфу) все складывается лучше, чем могло бы быть.
Я люблю группу «Зоопарк» за то, что многие ее не любят. Есть люди, которые нас буквально ненавидят. Я им очень за это обязан. Есть люди, которые нас считают одной из лучших (по крайней мере, в Ленинграде) групп. Им я, наверное, тоже обязан.
Играем мы нарочито грязный рок-н-ролл, не заботясь чрезмерно о чистоте звучания и тому подобном. Главное - это общий кайф, интенсивность звука, энергия, вибрации. Многие считают, что все должно быть прилизано и красивенько (петербургские группы «Зеркало», «Пикник», например). Я же придерживаюсь другого мнения. По-моему, главное, чтобы публике было не скучно. В конечном итоге мы все играем для (и на) нее.
История «Зоопарка» кратка. Мне всегда хотелось сделать программу, состоящую из моих песен, причем сделать ее в электричестве. Довольно долго это по разным причинам не удавалось. В конце концов все случилось так.
Однажды осенью 1980 года, когда я кирял в гостях у своего приятеля Иши (Иша Петровский - замечательнейший человек, соавтор песни «Блюз де Моску»), к нему домой приехал его школьный приятель Илья Куликов, который оказался басистом. Мы понравились друг другу (оба - Овны) и, стоя на балконе и распивая очередную бутылку рома с пепси-колой (мой любимый напиток), решили попробовать поиграть вместе. Удивительно то, что утром мы об этом вспомнили. Попробовали. Понравилось.
Дело оставалось за вторым гитаристом и барабанщиком. Искали мы их довольно долго. Перепробовали несколько кандидатур, которые при ближайшем рассмотрении оказывались или хорошими людьми, но ни к черту не годными музыкантами, или наоборот. Наконец басист - перкуссионист «Аквариума» Михаил «Фан» Васильев порекомендовал мне некоего барабанщика, с которым играл в армии..
Барабанщиком этим оказался Андрей Данилов. Играл он в составе малоизвестной группы «Прощай, Черный Понедельник»(помните Воннегута?). Это был традиционный состав - гитара, бас и барабаны и играли они все, что не лень, начиная с Дин Перил и кончая «Б 52». Были у них и свои номера, которые лично мне не понравились, но многие отзывались об этом составе весьма положительно.
