— Эта девушка смирилась с тем, что происходит, но люто возненавидела отца. Однажды она спрятала под кровать магнитофон и сделала запись. Шантажируя, она добилась, чтобы он отправил ее в колледж подальше от дома. И никогда больше домой не ездила. Именно она заставила меня почувствовать радость от того, что с нами не живет отец, который заставлял бы меня с ним совокупляться.
— Не все мужчины негодяи, моя хорошая.
— Я знаю, мама. Мне нравилось иметь отцом Пауля Гейбла, и я рада, что ты создала его для меня… но сейчас я выросла. Давай пообещаем больше ничего не таить друг от друга. Что бы ни случилось, мы сможем взглянуть беде в лицо.
— Что ты собираешься делать с Джерри Кейси?
— Не хочу об этом думать. Слишком много всего навалилось на меня за этот час. Все сразу… и счастье от твоего возвращения… и горькая правда о Джерри… Я даже не знаю, радоваться, что мой отец жив, или плакать… Я больше его не люблю. Я так растерянна… И все же мне хочется насладиться этим днем. Все-таки сегодня Рождество. О Джерри я подумаю завтра. Наверное, просто позвоню и попрощаюсь. Бог знает, как это будет! Может, мы больше и не увидимся никогда. Наверное, для нас обеих будет лучше оставить все плохое за порогом и начать новую жизнь. Что ты скажешь?
— Я скажу тебе, что передо мной взрослая девочка. Взрослая, умная женщина, способная принимать решения. И я горжусь ею.
Годы боли и тяжкой тайны упали с плеч Грэйс, встречающей первое за долгие годы счастливое Рождество. Сегодня она наденет пурпурное платье и бриллиантовую диадему.
Перед тем, как покинуть дом, Кейси весело взглянула на мать и сказала:
— Как хорошо снова быть вместе! Ты снова стала моей мамой. Со счастливым возвращением!
— Я так счастлива, Кейси. Веселого Рождества!
Повинуясь внезапному порыву, Пич сделала еще один телефонный звонок.
Когда она при полном параде вышла из гардеробной, Джейсон, рассматривающий карточки для гостей, восхищенно присвистнул.
— Ты выглядишь весьма и весьма, — добавил он, погладив бриллиантовое колье на ее прекрасной шее.
— Все эти штучки настоящие?
— Это только декорация, как в кино.
— Неправда. Господи, надеюсь, ты не носишь их вне дома! Они стоят целое состояние, а может, два или три сразу.
— Не волнуйся, они хорошо охраняются. Кроме того, это колье и серьги далеко не самое дорогое в моей коллекции. Дрейк любил дарить мне ювелирные украшения. Он как-то назвал меня живой рождественской елочкой и сказал, что ему доставляет удовольствие развешивать украшения. Мне кажется, этот комплимент подходит к случаю, не так ли?
Джейсон не скрывал восторга. На Пич была белая шифоновая блуза с длинной белой шерстяной юбкой от Унгаро, схваченной у талии ярко-красным шелковым шарфом. Блузка имела глубокое декольте, и колье гордо блистало на белоснежной и гладкой коже. Легонько похлопав ее по спине, он усмехнулся:
— Да, конечно. На Рождество все надевают бриллианты.
Пич оценила строгую элегантность его темного пиджака от Джорджио Армани с расстегнутой у ворота бледно-голубой шелковой рубашкой. Вне всяких сомнений, Джейсон был красивым жеребцом. «Интересно, — подумала Пич, — не повредит ли последняя приписка к составу гостей доселе неоспоримому сексуальному очарованию Джейсона?»
— Кто такой Пьер? — спросил Джейсон, беря очередную карточку. — Я не помню, чтобы ты раньше упоминала это имя. И как вышло, что он сидит рядом с тобой?
Пич порадовалась тому, что у нее хватило храбрости позвонить Пьеру и пригласить его. Раньше она никогда не играла в подобные игры с мужчинами, и сейчас нашла эту игру довольно забавной.
— Это мой знакомый врач, — ответила она. — У него нет здесь семьи. Жена оставила его и вернулась домой во Францию. Я решила, что, приглашая его к нам, делаю вежливый жест. А тебя я хочу посадить на место, предназначенное хозяину дома, на противоположный край стола. С обеих сторон от тебя будут сидеть очаровательные молоденькие женщины.
Раздался звонок, и Майлз провел в библиотеку первых гостей.
— Кейси! Грэйс! Веселого Рождества!
Радость немного омрачалась тревогой. Интересно, Грэйс действительно поправилась или это только внешнее впечатление?
— С Рождеством, Пич. Ты выглядишь как сказка, — ответила Грэйс, и Пич шестым чувством поняла, что с ней все в порядке.
Старые подруги обнялись. Ни той, ни другой не нужны были слова, чтобы выразить свои искренние чувства. Кейси подошла к ним поближе и тихо сказала:
— Ты оказалась права, Пич. Вчера я рассказала о потере ребенка. Оказалось, именно это должна была узнать Грэйс, чтобы стать прежней. Сейчас все прекрасно.
— Слава Богу! — прошептала Пич.
Когда Пич и Грэйс оказались одни, Грэйс шепнула ей:
— Снова Малони пришли мне на выручку. Я была такой глупой, Пич. Когда-нибудь, когда мы станем седыми и старыми, я расскажу тебе обо всем.
Женщины аккуратно, чтобы не повредить макияж, смахнули накатившиеся слезы.
Джейсон тактично стоял в сторонке, но, когда понял, что самые драматичные минуты позади, он подошел к Кейси:
— Привет, меня зовут Джейсон Дэрроу.
Широко улыбаясь, Кейси протянула ему руку:
