Он взял один из блоков, направил его в угол и несколько раз нажал кнопку переключателя. Выстрелов не произошло и щелкания контактов почти не было слышно. Годлевский повертел блок в руках и посмотрел на рыльца пуль.
— Работа чистая, — заметил он. — Пули, помеченные красной краской это те, что с начинкой?
— Да, — ответил Хотеев. — По вашей просьбе мы зарядили несколько камер сплошными, неначиненными пулями. Две сплошных пули в четырехзарядном и одна в другом блоке. Все камеры приводятся в действие электрическими капсюлями. В нижнем торце блоков есть полость для батарейки. Мы работаем с отечественными полуторавольтовыми. По сведениям вашей же службы, батарейки таких размеров есть за границей. Те блоки, которые я вам дал — точная копия боевого оружия. С той разницей, что начинка пуль в них не настоящая, а из смеси сахара с минеральными солями.
— Надеюсь, что это не означает, что в боевом комплекте снаружи на пулях есть яд, — заметил Мирковский.. — А то как бы ребята сами себя не отравили. Мало ли, что бывает… Случайный порез на пальце…
— Нет, нет, — помотал Хотеев головой. — Уровень начинки гораздо ниже линии запрессовки. А в комплекте, предназначенном для тренировки, вместо пуль заряжены свинцовые болванки, чтобы не разбрасывать наших специальных пуль в случайных местах. Вообще же, мы даем вам еще два трехзарядкых пистолета и набор бесшумных камер для них. Специально для тренировки людей.
— Но для пистолетов мы тоже заказали боевые камеры, не только учебные, — возразил Студников.
— Да, да, правильно, — вспомнил Хотеев. — Изготовлено шесть боевых гильз и для пистолетов. И там, между прочим, все пули с красной пометкой.
Студников внимательно рассматривал блоки, поворачивая их во все стороны и изучая мелкие детали в глубине прозрачной пластмассы:
— Здорово, — признался он, передавая блок Мирковскому. — Техника на грани фантастики. Ну, а можно считать это оружие надежным?
— Вполне, — ответил Хотеев с оттенком гордости. — Двойная система предохранения. В боевой обстановке предохранителем служит крышка портсигара.
Хотеев взял со стола один из портсигаров, купленных мною в Западном Берлине и нажал на бронзовую защелку. Крышка отскочила и мы увидели верх сигаретной пачки «Честерфильд». Серебро было сорвано и из пачки торчали кончики сигарет.
Хотеев потрогал мизинцем табачный волосок, выбившийся из одной сигареты.
— Маскировка получилась неплохой, а? — не то спросил, не то установил Хотеев. — Мы считаем, что перед выстрелом крышку нужно открывать. Сигаретные кончики проклеены хорошо. Пуля пройдет через них легко и особенных следов не оставит. Поэтому мы сделали крышку своеобразным предохранителем. Выстрел произойдет только в том случае, если крышка откинута.
Годлевский покачал головой:
— Ну, а если открывать крышку не выгодно? Выходит, тогда стрелять нельзя?
Хотеев замялся. Было похоже, что об этом техники не подумали.
У меня мелькнула мысль, что проблема крышки может задержать сдачу оружия. Я обязан был помнить о «вторых группах» и предложил:
— Сделайте крышечный предохранитель вынимающимся. Если мы увидим, что лучше посылать людей на задание без него, то просто вынем приспособление.
— Конечно, — согласился Хотеев. — Это очень даже легко. И потом, в системе есть второй предохранитель. Вот видите ушко проволочной петли? Она держит контакты разведенными. Перед употреблением ее ну ясно вытащить и все. Как у гранат.
— В общем, перед употреблением взбалтывать, — засмеялся Студников. — Но предохранители — это само собой. Я больше насчет возможных помех. Не испортится ваша техника в самый ответственный момент?
— Не должна. Мы сделали все с большими техническими допусками. Капсюли, например, сработают и при напряжении меньше вольта. Камеры герметичны, — порох отсыреть не может. Так что оружие надежное.
Как бы перекликаясь с последними словами Хотеева, за дверью в коридоре раздались металлические щелчки и негромкое ойканье. Годлевский распахнул дверь. За ней стоял молодой человек в синем халате. На лице его была написана растерянность. В руках он держал имитацию книги из синего картона.
— Вася?! Что случилось? — воскликнул Хотеев.
— Она чего-то выстрелила… — смущенно заявил молодой человек.
Мы покатились с хохота. Один Хотеев не стал веселиться.
— Не донес? — укоряюще покачал он головой и добавил: — Эх, ты, техник!
Хотеев взял «книгу» и раскрыл ее. Мы увидели батарею стальных гильз, соединенных проводами. Из угла торчала цветная ленточка, привязанная к скользящему переключателю.
— Переключатель закоротился, — глубокомысленно заметил Хотеев. А звук был громким, потому что гильзы холостые. Может отложим эксперименты на другой раз?
— Нам бы наше оружие попробовать. Оно-то, надеюсь, будет стрелять тогда, когда мы этого захотим? — подчеркнуто вежливо осведомился Годлевский.
— Ну, что вы, — засмеялся на этот раз и Хотеев. — Книга предмет экспериментальный. А ваши портсигары — продукт окончательный.
