- Вы чего?! Я же вчера такое смог! Я две полоски уложил! Представляете?
- Теор, ты совсем дурак? — поинтересовался Зиргрин. — Я же тебе говорил не выделяться. Ты знаешь, что сейчас решается вопрос о твоем переводе в «зверинец»?
- Ого, — ошарашено пробормотал мальчишка. — Значит, я стану, как дядька Зир?
- Не понимаю, в кого он такой дебил? — прошипел Лон. — Может, Анжела нагуляла его?
- Успокойся, — ответил архан, достав из пространственного артефакта рабский ошейник «клетки». — Натягивай.
- Это зачем? — набычился Теор, явно не горя желанием примерять этот аксессуар.
- Покажу тебе «зверинец». Если пойдешь туда без ошейника — получишь три полоски от рунной линии на входе. И тогда уже обратного пути не будет.
- А-а!
Казалось, возможность посмотреть на это место, которым пугают друг друга ученики, разожгло неуемный интерес у Теора. Ему было безумно любопытно взглянуть на место, где обучался легендарный Призрачный Пес! А ведь никто из его соучеников в бараке не верил, что он знает лично королевскую тень! Безропотно подхватив ошейник, Теор застегнул его у себя на шее. Лон никак на это не отреагировал, позволив превратить сына во временного раба.
Зиргрин бросил Теору три флакона с разными лекарственными зельями.
- Выпей.
Раны мальчика были уже, по большей части, вылечены магами-целителями. После употребления зелий он стал чувствовать себя весьма неплохо. Переодевшись в черный костюм теней, парень с готовностью посмотрел на отца и архана.
Зиргрин ничего не сказал. Он молча вышел из Дома Целителей, направившись в сторону «зверинца». Путь был неблизким, к тому же, они собирали на себе любопытные взгляды учеников и инструкторов, мимо тренировочных площадок которых проходили.
Добравшись до ворот «зверинца», архан небрежно пнул массивную дверь, которая немедленно открылась. Два могучих раба на входе встали на колени, приветствуя королевскую тень.
- Так, посмотрим… Вот, очень неплохой вариант.
Он уверенно открыл один из загонов, толкнув туда Теора. Пройдя мимо жилой хижины, Зиргрин завел мальчика в пыточную.
- Старший, — поклонился куратор, отвлекшись на мгновение от контроля своего ученика.
- Продолжайте, Советник, я здесь провожу экскурсию.
- Минара, нет! — рыдал одетый в одни груза и плавки парень, держа руку с кинжалом над распятой на пыточном столе заплаканной девушкой.
- Давай, сопляк! — рыкнул на него куратор.
- Нет, пожалуйста… Она же мой друг!
- У королевских теней нет друзей. У королевской тени есть только хозяин, которому он клянется вечно служить. И после того, как мы закончим, тебя ждет наказание за то, что посмел заговорить без позволения, мелкий уродец!
В следующее мгновение куратор взял ученика под контроль. Он использовал его руки, чтобы сделать первый надрез на теле рабыни. Два крика, один — боли, другой — отчаяния, слились в единое целое.
- Дядька Зир! — вскрикнул Теор, но через статусный приказ был вынужден заткнуться.
На протяжении двух часов они наблюдали, как куратор руками своего ученика истязает вопящую от боли и ужаса рабыню. А когда все закончилось, куратор отстегнул рабыню, после чего пинком сбросил ее тело со стола, взамен толкнув на него ученика. Наказание за ослушание куратора — пытки. Королевские тени должны уметь не только причинять боль, но и терпеть ее.
- А-а-а!
Парень, который попал «зверинец» явно недавно, вопил от боли, извиваясь на пыточном столе. Его кровь смешивалась с кровью недавно убитой девушки. Теор не выдержал и согнулся пополам. Все, что он ел в этот день, было извергнуто. Его рвало до тех пор, пока не пошла желчь.
Забрав Теора, Зиргрин потащил его в другой загон. Везде было одно и то же: бесконечное отчаяние, ужасающее давление и чувство безнадежности. Ученики здесь не жили, а выживали. Каждый их день был наполнен бесконечной болью. Им не позволяли говорить, не позволяли иметь ничего своего. Главное, что вдалбливали ученику — это рабское слепое повиновение. Без размышлений и сомнений ученик должен исполнять любой приказ, каким бы жестоким или унизительным он ни оказался. Здесь растили цепных псов.
Закончив эту дикую экскурсию, Зиргрин перевел на Теора взгляд желтых глаз с вертикальным зрачком. Весь романтический флер с мальчишки слетел, оставив один лишь стойкий ужас.
- И вот так ученики живут здесь каждый день на протяжении нескольких лет, пока их не допустят к отбору. И даже в этом случае почти каждый из них понимает, что не переживет его. Ты все еще хочешь сюда?
- Нет! Ни за что! Я не хочу!
- Тогда хватит делать глупости! Повзрослей, парень. Здесь тебе не цирк.
Лон, который призраком сопровождал их, задумчиво посмотрел на архана.
- Как ты это выдержал?
Зиргрин прикрыл глаза, старательно изгоняя калейдоскоп воспоминаний тех времен.
- Сам не знаю. Мне просто не оставили другого выбора. Пойдем. Теору нужно вернуться в палату. Если он в таком состоянии окажется на втором круге, то, боюсь, его убьют.
- Все-таки, второй?
- Это лучше, чем «зверинец». Теор пахнет ядом, он явно отравил соперника, так что это не вопрос его личной силы. Но ученика он все-таки убил.
- Ну и баран же…
