«Сариная» вошла в бухту Портовой Шлюхи поздно ночью. По какой-то причине, для нее выделили лучший причал. Иллит попрощалась с несколько взволнованным Арифом, спустившись после этого с трапа, и направившись прямо в город. Едва она спросила первого же прохожего о том, где искать Фарана, как ей с радостью и крайне подробно объяснили путь. Даже сказали, где можно нанять карету, чтобы добраться. Подобное сильно удивило девушку.
- Какого черта? — взглянула она на молчаливо сопровождавшего ее раба.
- Госпожа, этот раб не знает точно, но слышал, что Леворукий очень любит красивых девушек. Система шпионажа у пиратов развита даже сильнее, чем у Темной Империи, потому неудивительно, что Фаран о нас уже знает, но этот раб не смеет помыслить, что он мог решиться… соблазнить энру.
- О, я не подумала об этом, — рассмеялась Иллит. — Как был бабником, так и остался. Даже новый мир его не изменил.
Обходительный кучер привез Иллит прямо к шикарному особняку, путь ко входу в который проходил через аллею статуй обнаженных девиц в весьма фривольных позах.
- А он ни в чем себе не отказывает. Хорошо устроился.
У входа ее встретил чопорный лакей в светло-коричневой ливрее. Он глубоко поклонился, после чего раскрыл перед ней двери.
- Прошу вас, энра, господин Фаран ожидает вас в малой трапезной.
«Наргот, он точно Охотник? Как можно так себя вести, зная, что должен сразиться насмерть?»
«Он может не знать, что ты — цель. Пока вы не увиделись, узнать друг друга практически невозможно».
Иллит прошла вслед за лакеем по устеленному коврами коридору. На каждом углу ей встречались обнаженные рабыни, склонявшие головы перед гостьей, совершенно не стесняясь своей наготы.
- Не думала, что его увлечение девицами приобретет такую форму… Этот мир просто создан для него.
- Господин Фаран весьма искусен в любви, — произнес лакей, словно все это время только и ждал возможности похвастаться любвеобильностью своего хозяина.
- Ну-ну, — фыркнула девушка, входя в просторный зал.
Помещение было убрано в ашмарском стиле. Вся комната оказалась заполнена коврами, подушками и пуфами. В центре за небольшим столиком лежал полуобнаженный мужчина с удивительно правильными чертами лица. Мускулатура на торсе была идеально развита и сам он казался больше произведением искусства, чем человеком.
«Проклятье, он даже в этой жизни выглядит похожим на себя прежнего!» — не выдержала она, пожаловавшись Нарготу.
«Это не он».
«Что?»
«Это не Охотник! Ты ощущаешь ненависть к нему и неудержимую жажду убить? Нет? Это не Охотник! Это проклятый инкуб!»
«Что?! Но он так похож на Сашку!»
«Это смесок человека и высшего инкуба! Вот откуда у него такая «удача»! Он просто очаровывает всех вокруг себя!»
- Ну что же ты замерла? — обольстительно улыбнулся Фаран, делая пальчиком манящий жест. — Давай, иди ко мне. Вот я, перед тобой, разве не для этого ты здесь?
Темный альвар с беспокойством посмотрел на свою хозяйку. Он, будучи малефиком, очень хорошо чувствовал исходящие от Фарана любовные чары, чем-то схожие с проклятием, но знаний бывшего князя темных эльфов просто не хватало, чтобы их блокировать. К счастью, Иллит не проявляла никаких признаков того, что чары на нее действуют.
- Проклятье, Фаран, ты не тот, кого я ищу.
- Что? — удивился пират, поднимаясь с подушек и подтягивая левой рукой ножны с саблей. — Я тебе не симпатичен?
- Симпатичен, но я искала не тебя.
- Как интересно. Твоя реакция отличается… А ведь даже чистокровные демоницы не могут удержаться…
- Я не демоница, — глефа появилась в руке Иллит, тут же покрывшись изморозью от окутавшей ее силы Бездны. — Прости, тебе не повезло. Я уже сказала, что убью тебя, значит, придется убить.
- Это не так просто, — усмехнулся пират.
Весь внешний лоск словно растворился, оставив после себя на лице Фарана гримасу жестокой ненависти.
- Раб, следи, чтобы нам никто не мешал.
- Да, госпожа, — ответил альвар, распуская вокруг себя сразу несколько десятков сложнейших проклятий. О, если бы он знал их раньше, до того, как его сломили и превратили в раба! История его народа вполне могла бы пойти иным путем!
Особняк накрыл черный купол проклятия иссушения. Все, кто были в нем, начали медленно увядать. В одно мгновение сотни обнаженных рабынь стали слабеть, падая на пол и умирая одна за другой. Леворукий не любил, когда грубые пираты нарушали идиллию его развратного гнездышка, поэтому не допускал их в особняк и даже в охране держал только женщин. Исключением были лишь два человека — чопорный лакей и одержимый демоном финансовый советник Станс. К сожалению, поклявшийся много лет назад в верности Фарану демон был довольно слаб и не смог противостоять уничтожившему его сосуд проклятию, рухнув в демонический мир. Однако же некоторые из женщин-охранников были магами. Эти женщины смогли защититься от массового удара и бросились к своему господину, но не смогли даже добежать до малой трапезной, падая на пол и умирая от других проклятий. Их защита могла противостоять одному сложному заклинанию, максимум — двум, но никак не нескольким десяткам.
