Он знал, что уже перешел все границы королевского терпения, но необходимость учить своему нелегкому ремеслу сопливую девчонку наполняла его такой яростью, что он даже не пытался выбирать слова и притворяться, что здоровье монарха его сколько-нибудь волнует.
Астарот вздернул подбородок и до болезненного хруста сжал свои опухшие от артрита пальцы.
- Ты забываешься, Эдмунд! – прошипел он. - Я тебе эту власть дал, я ее и отниму, если через семь лет Юлиана не станет равной тебе в мастерстве! Думаешь то, что ты досконально знаешь анатомию каждого скелета в моем шкафу, дает тебе право так непочтительно говорить со мной?
Карминский чуть ли не до земли склонился в преувеличенно подобострастном поклоне.
- Простите меня, Ваше величество! Все время забываю о том, что я всего лишь ваш слуга! – ядовито повинился он. – Разумеется, я сегодня же со всей ответственностью кинусь выполнять ваш приказ, вот только сперва дайте мне свое высочайшее позволение учить эту девочку так, как я сочту нужным! Только в этом случае я смогу гарантировать вам, что моя наука принесет ей хоть какой-то прок!
- Да учи, как хочешь, лишь бы она была жива и здорова! – великодушно разрешил Оберон.
– И вы готовы терпеть ее слезы и жалобы на меня?
- Ну, ты особо-то не свирепствуй, девочка все же… - жалея Юлиану, попросил король.
- Не более, чем это будет необходимо! – уклончиво пообещал Карминский.
Его ответ не слишком понравился монарху, но он знал, что другого все равно не получит, сколько бы не угрожал.
- Тогда договорились! – недовольно пробормотал он и протянул инкатору руку.
Тот сжал его запястье своими по-старчески деформированными длинными пальцами.
- Да не дави ты так, больно! – ойкнул король, высвобождая свою ладонь. – Идем к детям, а то бросили их одних! И не пугай девочку понапрасну – дай ей к себе привыкнуть! На твою вечно злющую физиономию даже мне тошно смотреть!
- И что мне теперь, клоуна из себя строить в угоду ей? Не дождетесь! Пусть привыкает! Инкатория - не для слабонервных!
- Чертов ты мизантроп! – проворчал король, нежно баюкая посылавшую по телу волны боли руку. – Вечно ты всем недоволен!
Сердитость Карминского сменилось застаревшей озабоченностью.
- Я совсем перестал понимать мотивы ваших поступков, Ваше величество! - с горечью признался он. - С тех самых пор, как вы вернулись из первой межпланетной экспедиции, вы ведете себя так, словно ждете какого-то чуда. И не просто ждете, а точно знаете, что оно свершится! Наша страна гибнет под грузом международных санкций, война с Валькинорией истощила наш бюджет, экономика в упадке, а вы без конца берете займы у тех немногих государств, что еще остались на нашей стороне. На что вы надеетесь?
Глаза короля загорелись неповторимым светом скрытого ото всех знания, а губы изогнулись в таинственной полуулыбке.
- Ты прав, Эдмунд! Я жду чуда. Жду, когда оно войдет в силу и замираю от мысли о тех возможностях, которые оно передо мной откроет. Скоро мир изменится до неузнаваемости, и Астароты станут единственными его повелителями! А до того момента я готов терпеть любые лишения. Потому что знаю - они лишь временные. Четырнадцать лет назад я посадил зерно своего благополучия, и оно вот-вот созреет и даст мне все, о чем только можно мечтать!
- Четырнадцать лет назад? - задумчиво проговорил Карминский. - Вы привезли с Эллиума нечто особенное, о чем никто не знает?
Оберон бросил на него встревоженный взгляд. Нужно быть поосторожней с высказываниями, уж больно проницателен его собеседник.
- Что это было? - требовательно спросил Карминский.
Злая память безжалостной рукой выхватила короля из-под клена и зашвырнула в бесславное прошлое, на стремительно стартующий с Эллиума звездолет с романтическим названием "Мечта". Его экипаж снова удирал с приютившей их планеты. О том, что именно стало причиной конфликта землян с местными жителями, знал только сам Оберон и его неразлучный друг Амадей Дарси, очевидец тех событий. Тогда им было по двадцать два года и они оба страстно жаждали приключений.
В тот судьбоносный день правитель Эллиума имел неосторожность показать им главную святыню их планеты и объяснить ее предназначение. Заключенная в ней сила настолько потрясла юного наследника, что он решил завладеть ею. Коснулся, да так и не смог выпустить ее из рук.
А дальше было бегство, позорное и опасное, и непрерывные уговоры Дарси одуматься и вернуть сокровище обратно. Тогда они впервые сильно поссорились. К сожалению принца, навсегда.
Карминский в ожидании ответа сверлил Оберона пытливым взглядом.
- Я же не выпытываю твои секреты, Эдмунд! - с натянутой усмешкой ответил король. - Придет время - узнаешь! Или можешь лишний раз доказать мне свою гениальность, самостоятельно докопавшись до истины.
Это была издевка: вся команда "Мечты" трагически погибла во время взрыва корабля. Теракт произошел через три дня после ее возвращения на Землю, и расспрашивать о событиях на Эллиуме было не у кого.
Глаза инкатора зло сощурились. Монарх отлип от дерева, отряхнул впившиеся в ладони мельчайшие обломки коры и сказал.
- Идем, дети нас совсем заждались!
