— Хорошо, — пробормотала Света. Стресс, паника и немного коньяка, которые Тим добавил в чай все же взяли свое, и девушка свернувшись под пледом забылась беспокойным сном.
Света толком не поняла, сколько времени она проспала, но за окном все еще было светло и дождь продолжал барабанить по стеклам. Голова была тяжелая, но в сердце было ощущение легкости и какой-то радости, в которую было даже страшно поверить. У ее малышки снова появился шанс на здоровое детство, шанс на нормальное общение со сверстниками. Приоткрыв дверь, она услышала тихие голоса в гостиной. Как ни странно, голос принадлежал Майе, жене Тимофея.
— Тима, я же не против, но я хочу быть рядом с тобой. И сама лично разукрашу тебя так, что родная мама не узнает. Но я должна быть уверена, что все это снова не отразится на нашей семье.
— Мая, я лично буду курировать этот проект, и поверь, охрана у него будет не хуже президентской, если не лучше. — ответил Алекс.
— Ты думаешь, нам стоит настолько опасаться прессы.
— Даже не сомневаюсь. Уверен как только новость просочится в СМИ, наш центр и меня самого со всех сторон прижмут. Даже в туалет будет страшно сходить, тотальный контроль.
Оставаясь незамеченной, Света видела в отражении зеркала обеспокоенные лица Майи и Алекса. Она слабо представляла себе, всю масштабность запланированного ими мероприятия, поэтому начав понимать, на что ради нее идут чужие, по правде говоря, люди, была готова дать задний ход. Но в то же время она понимала, что такой шанс ей и ее ребенку вряд ли выпадет еще раз. Мысли, словно шумный рой ос метался в голове, не давая сосредоточиться.
— Света, хватит там стоять и слушать этих паникеров. — послышался голос Тимофея.
Ей пришлось покинуть свое убежище и войти в комнату. На встречу ей поднялась Майя и тепло обняла ее.
— Ты как? — участливо спросила она, и Света увидела в ее глазах искреннее участие и полную готовность помочь. Не было там ни капли недовольства, лишь тень переживания за родного человека.
— Все хорошо, — улыбнулась она, и тут же очутилась в объятиях Алекса.
— Скоро нужно будет ехать за Лией, я уже собирался идти тебя будить. — поцеловав в висок, сказал он.
— Я немного слышала ваш разговор. Тим, Алекс, вы уверены что, нам стоит все это затевать. Я правильно поняла, что есть опасность того, что все раскроется и семью Тимофея начнут донимать репортеры.
— Света, такая вероятность существовала всегда, даже когда я ушел со сцены. Всегда находился какой-то ушлый писака, который готов был на многое, лишь бы приоткрыть покров тайны загадочного Flex-a. Да, с этим концертом, мы немного взбаламутим весь шум, который почти улегся за три года. Но на нашей стороне опыт и знание многих нюансов. Поверь, вместе с Алексом мы сможем сделать все максимально безопасно, и что главное результативно для твоей дочки.
— Я даже не знаю…
— Свет, просто прими это и постарайся настроиться на несколько месяцев продуктивного труда. Будет много информационной работы, в которой будете задействованы вы с дочкой. Интервью, фотосессии, скорее всего нам придется записать какой-то трек, с вашим участием. В общем работы будет много.
— Я предлагаю сегодня еще раз обдумать разные нюансы, а завтра уже соберемся и наметим общий план действий и количество людей, которые будут задействованы.
— Согласна, — проговорила Майя.
Попрощавшись с гостями, они поехали в центр, чтобы забрать Лию. Света сидела рядом с Алексом и смотрела прямо перед собой.
— Эй, что с тобой? Ты словно не со мной.
— Прости, я просто чувствую себя в какой-то стране чудес. Сначала меня скинули на самое дно, новостью про фонд, потом вы с Тимом… Это словно сюр какой-то! Ущипни меня, чтобы я поверила, что все это мне не снится.
— Не снится, — перехватив ее ладонь, он поцеловал ее пальцы. — Поверь, когда начнется основная работа, ты точно поймешь, какой это “чудесный” труд. Нужно будет настроить Лию.
— Она справится. Она после всего того, что произошло за этот год, словно на лет десять повзрослела. Иногда мне так стыдно, что я не смогла ее уберечь от всего этого. Мне действительно хотелось бы, чтоб ты встретился в моей жизни раньше. Чтобы это ты был ее отцом…Ты так много для нас делаешь.
— Ничего уже не откатишь назад, — задумчиво проговорил Алекс. — Но мы в силах изменить то, что есть сейчас. А быть ее папой… я ведь еще могу заслужить это право? Скажу больше, я очень постараюсь, чтобы однажды она назвала меня папой.
Это были такие нужные и правильные в тот момент слова. И не важно что обстановка вокруг была далека от романтики. Все остальное было где-то там, за стеклом их машины. А тут, в этот момент между ними была самая настоящая любовь. Никто не говорил громких слов, да и не нужны они никому тут не были.
