Огляделась и обомлела. Помещение, в котором я очутилась, не имело ничего общего с тем, что привиделось во сне. Та комната, несмотря на свои размеры, казалась тихой и уютной. Ровные ряды высоких массивных шкафов, столы — письменные и рабочие, аккуратно расставленные по местам фолианты. Строгая, спокойная атмосфера. Мирная. Сейчас же передо мной простирались какие-то бескрайние книжные джунгли. Хитроумный лабиринт из стеллажей, столов, полок, коробок, ящиков и огороженных ниш. Все это причудливо изгибалось, разветвлялось, образуя туннели, и исчезало, скрываясь в сумраке.
Удивительно чистый воздух был прохладен, сух и наполнен множеством самых невероятных для подобного места ароматов. Пахло землей, свежескошенной травой, летним лугом, осенними прелыми листьями, дымом костров, морем, снегом… На мгновение вдруг почудилось, что хранилище не заканчивается здесь, в Эфраде, а, протянувшись сквозь время и пространство, соединяется где-то там, далеко-далеко, с другими местами и даже мирами.
Тряхнула головой, отгоняя странные мысли, сделала шаг вперед и тут же остановилась в растерянности. Куда идти, с чего начинать, даже примерно себе не представляла. Найти что-либо в этих непролазных дебрях совершенно нереально и за несколько лет. У меня же в запасе имелся только день, ночь и еще один день. Это в лучшем случае — если не помешают. А дальше… кто знает, может, шанса больше и не представится.
Интересно, а как избранные находили то, что им требовалось? Когда настоятельница лично встречала гостей, то наверняка и доводила до нужного шкафа. А если хозяйки не оказывалось на месте, что тогда? Посетительницы так и бродили по этому бесконечному лабиринту? Пусть в прежние времена все здесь выглядело иначе, сразу отыскать рукопись или артефакт было совсем непросто.
А нужно ли вообще искать?
Образ и имя приведут тебя к цели…
Еще раз огляделась — пожалуй, это единственный вариант, — прикрыла веки и на миг задержала дыхание, сосредотачиваясь.
Темная обложка, теплая, приятная на ощупь… Пальцы медленно движутся по неровной поверхности, шероховатой, как кора старого дерева…
— Рхованна Иравит бварэсс… — чуть слышно шепчут губы.
Резкое головокружение, рывок — в испуге открыла глаза и моментально узнала место, где оказалась. Ничего не изменилось: светлые деревянные панели, шкафы от пола до потолка, кресла, столы, книги и сферы. Будто и не было бесконечной череды лет и эпох.
Вот сейчас откроется неприметная дверь, и девчушка со строгими черными глазами скажет укоризненно и недовольно:
— Нэтта, ты так и не убрала Дневник владычицы Иравит?
— Убрала, — отвечу, — вон на ту полку.
Перевела взгляд на стеллаж, возле которого стояла, и сразу же заметила знакомый переплет. Подрагивающая от нетерпения рука сама потянулась к книге.
«Я родилась в правящей семье Арнгрима в шестьдесят первом году Седьмой Эры и росла в роскоши и неге, подобающих положению ребенка королевских кровей, пока мне не исполнилось пять лет».
Сначала я читала стоя, потом перебралась на стул возле письменного стола и наконец устроилась в одном из глубоких мягких кресел, забравшись в него с ногами.
Историю автора дневника просмотрела по диагонали. Так… до пяти лет жила с родителями, проявились способности, и ее отправили учиться в Эфраду. Потом служила в храме, стала Старшей, но обстоятельства заставили вернуться домой, выйти замуж и стать владычицей. Любопытно, конечно, но для более детального знакомства нет времени. К тому же на древнем языке читала я еще не совсем уверенно.
Дальше шел раздел, посвященный «профессиональной деятельности», — записи, которые Иравит делала на протяжении всей своей жизни. Вот это уже намного интереснее. Женщина связала свою судьбу с Эрто Аэрэ, и в дневнике особое внимание уделялось исцеляющим обрядам, заклинаниям и практикам. Гарард бы в них клещом вцепился, а для меня, к сожалению, они бесполезны. Я не маг, не жрица, воспользоваться все равно не сумею.
Оставалось меньше трети книги, а я так и не нашла ответа ни на один из своих вопросов. Неужели придется все здесь перерывать в надежде, что в ближайшие два дня удастся наткнуться на что-нибудь стоящее?
Перелистнула страницу, и сердце пропустило удар.
«Если невесту отвергла стихия» — гласила надпись.
Облизала внезапно пересохшие губы. Отложила дневник, поднялась, отошла к книжным полкам, постояла и, быстро вернувшись, решительно схватила записи. Я просто обязана узнать, о чем там говорится.
Не успела.
— Почему людей всегда интересует то, что их совершенно не касается? — холодно произнес незнакомый женский голос прямо над ухом.
Книга выскользнула из внезапно ослабевших пальцев, упала мне на колени, а потом свалилась на пол, когда я, подскочив на месте, стала испуганно озираться по сторонам.
Никого.
— Не надо так нервничать, жрица, — посоветовали сухо. — И чему вас только учат?
