Давненько я не разговаривал с Ольгой настолько жёстким тоном и кипевший в душе гнев сдерживал с большим трудом. Я, конечно, понимаю, что благо империи напрямую зависит в том числе и от правящей династии, а точнее от фигуры на троне. И кроме попытки переворота, мне нравилось всё в моей новой родине. Государство, где большинство людей счастливы, где у каждого есть своё место в жизни и крыша над головой. Да, империя местами жестока к своим детям, но большей частью всё же справедлива. Держава, которой гордятся ее граждане, уважают друзья и боятся враги. Я полюбил её всю целиком, со всеми непривычными поначалу нюансами. Сильные Романовы — залог стабильности, но, блин, если моей женщине больно от того, что она делает ради каких-то высших идеалов, то пошли они все на хрен. И Романовы, и идеалы. Буксует мой врождённый патриотизм в этом политическом болоте, и ничего я поделать с собой не могу. Возможно, слишком много философии и метаний для банального перепихона, но если кто так думает, то пусть тоже идёт вслед за идеалами.
— Мне нравится Ева. Всегда нравилась. И наш бурный, но короткий роман оставил в душе очень много приятных моментов. Если бы не это, я бы не стала бороться со своим эгоизмом, а принцессе пришлось бы удовлетвориться твоим генетическим материалом из пробирки.
— Н-да… — многозначительно произнёс я.
Кроме местоимений, в голове крутились ещё всякие идиоматические выражения и нецензурные словосочетания. Ольга сидела в прежней позе, склонив голову к своему плечу и внимательно взирая на мои мыслительные потуги. Наконец выдохнув, я ворчливо спросил:
— Ну и когда её императорское величество соизволит к нам присоединиться?
— Сначала ей надо предложить поучаствовать в нашей совместной оргии, — улыбнулась Ольга.
— Хочешь сказать, что вы с ней это ещё не обсуждали и она не требовала предоставить доступ к моему телу? — недоверчиво спросил я.
— Требовать? — фыркнула моя жена. — Ева прекрасно знает о моих собственнических чувствах и была рада, что получилось сразу договориться хотя бы о материале для ЭКО.
— Так она ещё может отказаться, — вяло возразил я, чем вызвал очередной смех своей княгини.
— Ты пошутил? Отказаться от гарантированного зачатия сильной наследницы? К тому же ты ей явно симпатичен.
— Не факт, что наследницы, — хмыкнул уже я.
— Мальчик — это тоже хорошо, а процесс можно и повторить.
— Слушай, — нахмурился я, — а каковы твои шансы на повторную беременность после выкидыша?
— Почти не поменялись, — Ольга слегка помрачнела, — ведь я не доносила положенный срок, а значит шансы более чем высокие. Лекарка сказала, что у меня всё в норме.
Моя жена тряхнула головой, явно прогоняя нахлынувшие мрачные воспоминания, и с улыбкой задорно воскликнула:
— Так что тебе завтра придётся постараться в двойном размере.
— Я-то, конечно, постараюсь, — улыбнулся я, — только касаемо Евы одного вечера может быть мало.
— Думаю, трёх подряд для начала хватит, — хмыкнула она. — Мы ведь никуда не торопимся.
— Вообще-то тебя Багратион ждёт, — напомнил я.
— Нино подождёт, — ответила Ольга, наклоняясь ко мне, и, обжигая горячим дыханием моё ухо, добавила: — Весь мир подождёт.
«Хорошая позиция», — мысленно поддержал я такое решение, в то время как мои руки скользнули по телу этой удивительной женщины. В конце концов, это мы спасли империю от неприглядного будущего и имеем полное право расслабиться и получить удовольствие. Между прочим, в интересах всё той же империи.
