Хотя как посчитать. За дело Брилева он собирался отвалить партнеру по широте душевной не меньше той же пятеры. Так что арифметика осталась за ним. Плюс опыт приобрел: умнее надо подходить к выбору помощников.
— Дурак ты, Максим, и в Турции тебе никогда не быть, — сказал Мыльников уже беззлобно.
— На чужом горе не разбогатеешь, — ответил Макс.
Мыльников усмехнулся.
— Шел бы ты лучше в сторожа. Или в дворники. Ты ответственный, у тебя получится.
— Я подумаю, — пообещал Макс.
Мыльников развернулся и пошел вон из «Крестов».
Вечером Максим позволил себе расслабиться. Купил коньяк — не такой, как в главк приносили, раз в десять дешевле. Выпили с Ириной за ужином, закусили лимоном и макаронами по-флотски. Максим рассказал жене историю вкратце — то, что можно было рассказать. Боялся, что расстроится — из-за денег, из-за работы. Но за долгие годы жена научилась его понимать. Она нежно потрепала его седеющие волосы…
После ужина Максим растянулся с газетой на диване. «Зенит», похоже, уже вступал в традиционную осеннюю серию сплошных неудач. Видимо, Таня Буланова плохо влияла на своего супруга Влада Радимова.
Кто-то позвонил в дверь, Ирина решила, что это Юлька ключ забыла, пошла открывать.
Но это была не Юлька. В комнату влетел разъяренный Жора Любимов. Выхватил у Макса газету, скомкал, швырнул на пол.
— Курс валют изучаешь?!
Хотя в «Спорт-уикэнде» не публиковали курс валют.
— Ты что, очумел? — вскочил Виригин.
— А ты?!! — Любимов схватил хозяина за грудки. — Или крыша от гонораров съехала?!! Так я вправлю!!
Виригин инстинктивно вцепился в Любимова. Жора подсек его ногой. Макс упал, увлекая за собой Любимова. Жора рухнул на него, но Максим вывернулся, зато стол с глажкой полетел на пол. Ирина завизжала. Мужчины сели на полу, тяжело дыша.
— Ты объяснить-то можешь?
— А то ты не знаешь? — прищурился Любимов.
— Чего?!
— Про студента вашего.
— Про студента?.. А-а… Который из Летнего сада? — догадался Виригин. — Не знаю. А что с ним?
— Выпустили его, — Любимов, внимательно поглядел на бывшего коллегу недоверчивыми колючими глазами. — За полной невиновностью. Поздравляю, Макс!
Максим почувствовал что-то вроде негодования, приперченного щепоткой зависти.
— Я им не занимался.
— Только за дурака меня не держи! — посоветовал Любимов. — Они что же, сами в отказ пошли? Сами придумали, что их били?.. Это все вы насоветовали.
— Я не сволочь, — буркнул Виригин.
— А я не идиот, — ответил Жора.
Ирина стояла над ними, открыв рот. Переводила взгляд с одного на другого. Словно следила за мячиком в пинг-понге.
— У вас же, кроме признаний, вещдоки были, — напомнил Виригин.
— Были да сплыли. Благодаря вам.
— Пойдем-ка на кухню, Жора. Там и потолкуем.
— А драться не будете? — с опаской промолвила Ирина.
— Не бойся.
— На сегодня хватит, — подтвердил Жора.
Коньяк еще оставался. Любимов мельком глянул на этикетку. Максим разлил коньяк в две рюмки. Свою выпил, не чокаясь.
— Так что у вас «сплыло»?
— Не те осколки оказались, — пояснил Любимов. — Подменили. Не зря твой наставник намекал.
— М-да… Жора, клянусь, я не при делах.
Любимов промолчал.
— Ты уверен, что они от тех самых часов? — спросил Виригин.
— Максим, черт побери!.. — снова разозлился Жора. — Ты же это давно знаешь. Уверен. Мы же примеряли!
— Значит, следак поменял! — вспомнил Максим хлыща из прокуратуры. — Тот еще тип. Маму родную променяет на бабки…
— Ишь ты, какой умный! — усмехнулся Любимов. — Ясно, что следак поменял. После беседы с адвокатурой. Много заслали?..
— Да я его один раз видел! В первый день. Потом Борька сам ему звонил. Ты мне веришь?..
Любимов опять промолчал.
— А денег… Борька говорил, что отец Брилева двадцать штук долларов обещал. Ну, я не знаю, сколько он следаку откатил…
Любимов только языком цокнул. И выпил свой коньяк.
Рогов тоже выпил. Только водки. Теща позволила ему рюмку под свежезасоленную капусту. Водка была вкусная. Как это Шишкин говорит, когда «убойщики» на банкет собираются… «Водка вкусна и полезна». Капуста тоже оказалась ничего.
— Ну, как, нравится? — спросила теща.
— Отлично, — одобрил Рогов. — К ней бы мясо на гарнир.
— С мясом сейчас опасно, — сообщила теща.
— Почему? — поперхнулся Рогов.
— Говорят, контейнер с вирусами потеряли. Так все коровы уже зараженные.
— А свиньи? А кролики? — спросил Рогов. — Вроде не было по сводкам такого происшествия…
— Так ото всех скрывают! Гласность-то кончилась…
В этот момент на кухню ворвался радостный Федор Ильич.
— Лифт пустили!
— Неужели?! — обрадовалась теща.
— Ёшкин кот, — воскликнул Василий, — это надо отметить.
— Точно! Там, в кабине, уже напрудил кто-то… Правил не читал. Но зато работает! Суда испугались! Спасибо Максиму. Вот что значит настоящий адвокат! Еще и компенсацию отсудим. Слышь, Васек! Шел бы и ты в адвокаты!
— Я бы этому адвокату!.. — зло сказал Рогов, вспомнив события последних часов. — Не вздумай ему платить! Он и так хорошо имеет.
— Вообще-то он бесплатно… — растерялся Федор Ильич.
— То есть провалил ты «операцию внедрения»? — спросил Любимов.
— Какую операцию? — не понял Виригин.
