И на эти странности да особенности Горынычей Истинный господин Балемилы решил сделать ставку. Пока всё шло так, как Он предрекал. А она-то глупая сомневалась. Но эти девчонки Горынычей оказались весьма неплохи. Всё же сила Хранителей — это нечто! Даже самые младшие потомки, рождённые от калечных кудесниц, а смотри-ка, как ладно и жестоко сражаются.
Глупые, сильные и всё ещё молодые и неопытные…
Ящер сбросил голову, и Балемила почувствовала, что медлить дольше нельзя. Неизвестно, как долго продержится шестиголовая Змеевна против Хранителя, а потом тот обязательно заинтересуется, куда делась часть его сил…
Балемила накинула на себя морок, сделала своё водяное отражение, переместилась туда, откуда ощущала свои гребни, и замерла в лёгком ступоре.
Если судить по кешу на голове да золотым подвескам на прядях, зачарованный гребень держала Горгона из главной семьи своего Рода, родственного Горынычам. Смерть, яд и бой — страсть Горгон. И имеют они поголовно природную защиту против магии воды, ибо рождены от семени водного бога, что взял их прародительницу силой на алтаре богини войны. И не только от магии воды…
Балемила закусила губу. Она рассчитывала на кого-то попроще, например мамаш-кудесниц, которых собиралась просто заморочить и усыпить.
А так мороком никакую Горгону не взять, особенно из тех, кто с золотыми подвесками ходят. Те и против чар внушения имели защиту, хотя бы потому, что по сути «голов» у них было много, хоть и мелких, но магия чаще всего воздействовала на самых слабых, усыпляя не столько Горгону, сколько её змей, и то далеко не всех. Когда-то Кикиморы с Горгонами конфликтовали из-за земель и территорий, и ничем хорошим это не кончилось: тогда Кикимор и вовсе изгнали на болота в неудобицы, на самые границы с Навью, из которой можно столетиями не выбраться.
Повезло в том, что эта Горгона хоть и была сильна, но её магия оказалась полностью сосредоточена на том, чтобы совладать с гребнем, а сама она отвлеклась на продолжившуюся битву. Иначе сразу же почуяла угрозу.
Балемила, продолжая поддерживать свою невидимость, осторожно подкралась сзади и воткнула в спину Горгоны кинжал, смазанный печенью рыбы фугу. Из мгновенно ослабевших рук выпал гребень, и Балемила ловко его подхватила, притаившись у погибающей Горгоны, что обратилась. Впрочем, эти твари на диво живучи… и непонятно, надолго ли их возьмёт сильнейший яд.
Вторая Горгона появилась спустя буквально пару частей и бросилась к раненой. На этом Балемила её и подловила, тоже напав со спины, благо ядовитых кинжалов у неё имелось с избытком. В гареме никогда не знаешь, что может тебе пригодиться в следующее мгновение.
Забрав и второй гребень, она заторопилась. Пришлось потратить время на предосторожности с этими легендарно яростными и непредсказуемыми воительницами Беловодья. Меж тем Ящеру почти оторвали вторую голову, а значит, срок истекал.
Балемила устремилась к самой глубокой точке осушенного озера и нашла обещанный ей алтарь. Точка сопряжения миров, слабое место Завесы. Ведь никто не защищает озёрное дно — всем известно, что вода сама себе защита и преграда. Но если её не будет…
Балемила призвала Радомиллу, которая, как и уговорено, ждала её на тропе Нави. Они всё ещё находились на границе владений богини Бейлор, но студенты, которым в летний период дозволялось путешествовать на дальние расстояния от Академии, к счастью, не вызвали неудовольствие богини. Насколько знала Балемила, Бейлор в этот период была крайне занята каким-то ежегодным обрядом и мало обращала внимание на внешние раздражители. Морок знал очень много, и ему удавалось поделиться знаниями с Балемилой, когда она поднималась на поверхность к самой границе Яви.
— Звала меня, матушка? — трепетно спросила её… пока ещё дочь, на плечи которой в летнюю пору отчего-то был накинут светлый пуховый платок с вышитыми цветами.
Ах, сколько надежд она возлагала на это дитя.
Ещё мать Балемилы — Изобора, получила от их Истинного господина предсказание-наказ. Она принесла ему в жертву своего суженого, чтобы дать Истинному господину сил на воплощение, и родила от его человеческой аватары близнецов — старшую, Ракиту, и младшую, Балемилу.
Что бы кто ни думал в Беловодье, но Кикиморы не переходят в другие Рода и не предают своих. Их магия весьма специфична, и без должного умения с ней не сладить, особенно если отказаться от Рода и их возлюбленного Бога-Отца и Господина-покровителя.
Именно Балемила должна была стать новой женой их бога и избавить Род Кикимор от проклятья Кривды, затерявшейся и развеявшейся в Яви. Но для этого необходимо создать его божественную аватару здесь, в Беловодье. И тело Радомиллы, имеющей и связь с Мороком, и наделённой силой Хранителя, подходило для этого больше всего. Для этого та и была рождена. Балемила даже не видела в ней дочь и любила лишь как будущий сосуд для своего возлюбленного мужа, который тот легко изменит под себя.
