Право Рима. Константин полностью

«Монархическая и республиканская формы правления являются не предметом нравственного выбора, а отражением человеческой психологии. Когда государство формируется, политические движения объединяются, а люди чувствуют и мыслят более-менее одинаково, возникает республиканская, форма правления, что характерно и для раннего императорского Рима. Но в своём развитии Римская империя приобрела огромные территории, с огромным количеством людей между которыми складываются новые взаимоотношения. Они всё больше отличаются друг от друга, и тогда появляется монархическая форма правления. В сходных ситуациях основанием для формирования того или иного типа правления является то, стремятся ли люди к дисциплине или предпочитают индивидуализм. Причина этого кроется в очень простом свойстве человеческого разума. Если мы имеем множество непохожих друг на друга людей, гораздо легче найти человека, которому они все смогут подчиняться, чем идею, в которую они все смогут верить. Общая вера подразумевает большую долю схожести. Чтобы утвердить общую веру, сначала надо добиться этой схожести там, где её никогда не было. Судьба распорядилась так, что именно ты, Константин, как раз тот человек, который способен объединить вокруг себя огромное государство, используя для этого свои личные качества, римское право и конечно христианство, как общую идею».

Константин улыбнулся, у человека в жизни не так уж много настоящих друзей, потому что лишь с ними можно разговаривать душой. Именно таким другом для него был Марк Флавий, поэтому на прощание он сказал ему:

— Знаешь, мне будет трудно без тебя, но всё же, где-то в самой глубине души, я рад, что ты отказался становиться моим квестором из-за своей любви к Скоре!

— Почему, я думал, что ты обидишься? — улыбнулся Марк.

— Отказавшись от этой должности, ты стал той частью моей души, где всегда будет храниться чистота, свойственная только настоящей любви и все свои поступки я буду сверять именно с этим уголком моей души.

— Я не думал, что любовь имеет в твоей жизни такое большое значение, — искренне удивился Марк.

— Страх не может долго объединять общество, люди либо начинают с ним бороться и побеждают его, либо просто привыкают к нему и тогда идея исчезает сама собой. Когда-то римляне боялись тех, кого называли варварами, но теперь они составляют основу моего войска, которое освободило их от тирана. Римляне боялись своих богов и задабривали их жертвоприношениями, но боги не сделали их жизнь легче. Жизнь человека очень коротка и он хочет прожить её не в страхе, а в любви. Христианство, как раз та общая идея, которая проповедует любовь к человеку, и к тому же, обещает бессмертие души. Мне кажется, что именно эта идея будет существовать века, а может быть и тысячелетия!

Константин опять улыбнулся и немного подумав, написал два письма, одно из них — ответ Диоклетиану, второе — претору Клавдию Валерию. Отправив письма, император зашёл в комнату своей жены. Фауста была занята примеркой нарядов к предстоящему свадебному торжеству. Две служанки, которые помогали ей при появлении Константина быстро вышли. Фауста, чмокнув его, продолжила примерять свои наряды. Константин сел на диван, смотрел на жену и размышлял о том можно ли ему считать Фаусту своим настоящим другом. Пожалуй, ей будут просто неинтересны все мои волнения по поводу государственного управления, но вот роль императрицы ей, по всей видимости, очень нравится, а для любви, она просто создана. Константин улыбнулся, глядя на стройное тело жены. Фауста заметила это и ещё больше обнажилась со словами:

— Что-то очень жарко стало!

— Ты не забыла, мы выезжаем завтра на рассвете, — произнёс Константин, подходя к жене.