Родину, мать предавая,

Жрать из свиного корыта

Может Иуда. Но братья

Малым и праведным сыты.

Времени в храме не видно.

Лика живого Христа

Сердце вовек не отринет.

Совестью радость чиста.

* * *

Город любимый, Владимир,

На горизонте белеет.

Всеми святыми России

Праздничный день этот светел.

Свечкой в лугу заливном

Храм Покрова на Нерли.

Радость разлита кругом,

Летнею дымкой летит.

<p>Праздник Богородицы. Город Александров</p>

Праздник Богородицы,

В честь Её иконы:

В Троицком Соборе

Торжественно, спокойно.

Вечеря пред иконою…

Завтра праздник Твой;

Царской Слободою

Разольется звон,

Пречистым омофором

Укроешь монастырь

И музей, и город.

Заступница, храни.

Пресвятая Дева,

Образ Твой святой

С верою пришедшим

Дарит мир, покой…

*23 июня (6 июля по нов. стилю) с XVII века в нашем Успенском монастыре совершался крестный ход вокруг всего монастыря с чудотворной иконой Божией Матери Владимирской.

<p>Город Владимир. Памятник художнику</p>

Осень, здравствуй! Свинцовые тучи

нависают холодным дождём.

Октябрём заколдован плакучим

город милый — с тобою вдвоём

на пленэр, где владимирской дали

щемит сердце певучая грусть,

где соборы и вера восстали,

сберегая великую Русь.

От земли до небес восхожденье –

лишь мгновение — к’ороток век.

Что расскажешь, душа, для спасенья,

как предъявишь пред Богом ответ?

Осень дарит последние краски.

Скоро савана белого снег

всё сокроет… Тревоги и маски

канут в Лету. Уснёт человек.

Я спокоен. Вновь кисти мазками

оставляют мой трепетный след.

Куполами соборов, крестами

лечит время от боли и бед.

Я дарю тебе, город волшебный,

этот скромный пейзаж и любовь.

Пусть разбудит край русский заветный

мая чистую, юную новь.

<p>Село Пятница. Церковь Параскевы Пятницы</p>

Сентябрьской ночью до зари,

Под стук колёс, сквозь леса тьму

Стекались белые платки

К Прасковье и отцу Петру.

Чиста церквушка. Божий храм.

Привязан службой к поездам,

«Хороший батюшка с монашкой»

Меня в купели окунал.

Был исповедником крещён

За год его прихода в вечность,

Теперь годами посрамлён,

Я понял жизни этой бренность:

Недуги горькие души,

Подверженный греху и тлену;

Сосуд наполнили грехи,

И страсти взяли сладким пленом.

Под стук колёс, сквозь леса тьму

Уеду в Пятницу к Прасковье.

К мощам отца Петра прильну…

Обнимет он своей любовью.

* * *

День Казанской иконою в память…

По уставу по полному служба.

Бледен батюшка, сгорблен, уставший.

Ноги слабые. Веком натружен.

Пять арестов, пятнадцать зим-лет –

Вот Терпение, Вера, Смиренье.

Причастить исповедников всех.

Тяжек лёгкий потир. Всё немеет…

Притекающих в Пятницу верно

Реки русские с разных сторон.

Не иссякнет Христовая Вера.

Выше мира сердечный закон.

Пётр Алексеевич Чельцов (20 августа 1888, село Шехмина слобода, Рязанский уезд, Рязанская губерния — 12 сентября 1972, село Великодворье, Гусь-Хрустальный район, Владимирская область).

Причислен к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания. Память совершается 12 сентября по новому стилю. Мощи покоятся в том же храме.

<p>Царская Слобода. Город Александров</p>

Филиппов пост настал… Москву

окутал саван из метели.

Не выгнать из хором тоску.

Тьмы чёрных мыслей одолели:

вражда князей, гоньба татар,

злой умысел, борьба бояр,

дозор в церквах, дрожь, плач в постели,

разор в делах…

Души пожар.

Декабрь. Князь грозный, ближний круг

на богомолье (поезд длинный),

собрав казну, святыни, вдруг

пустились в ночь. Окрест … былинный

лесов в снегах морозный лик.

По тракту, полем, рек долиной

неспешный поезд зол, велик,

до слободы дополз старинной.

По беззаконию грехов

простЕрся Божий гнев над нами.

Во тьме не виден свет веков:

в безмолвии вериг, оков

сокрыты мысли лет стенами.

Царь-князь звонил в колокола,

служил молебны… Крик! Стенанья!

Опрична жадно волокла

святых, виновных…

В наказанье!

Неполных два десятка лет

жестокою рукою властной

тащил Русь-Матушку на свет

из тьмы по воле царской, страстной

князь-воевода, Грозный Царь,

строитель, раб и победитель,

печатник, труженик, воитель…

И не могла земная тварь

грозой прийти

на дом-обитель.

«Либерия» — пропавших книг,

икон и свитков, дум собранье,

как сердца старорусский крик,

не будет брошено в попранье.

Великий «инок» подарил

для вечности весь кладезь мудрый,

на время двери затворив…

Открытий долг, разгадок

трудный.

Из века в век ты, Русь Святая,

одолевая терний путь,

распятая ли, золотая,

идёшь вперёд! Нас не согнуть…

Не мне судить, топча во прах,

дела великих на распутье.

Пусть ратник вселит в пришлых страх!

И, ртуть катая на зубах,

с молитвой сердца на устах,

Небес лелея нам завет,

Россия собирает Свет!!!

Свозь сонм столетий, гроз, побед

над царской, строгой слободой

церквей и города ответ

летит стране моей родной:

Да не прервётся Русь Святая!

Стараньем духа, дел людей

врагов с лица земли сметая

и привечая в дом друзей,

читая вечную Псалтирь,

храня музей и монастырь,

Живи России дом-обитель!

Здесь каждый — сын, любим, хранитель!

Здесь каждая — сестра и дочь.

Любовь жива,

и тает ночь.

<p>Мещера — райский уголок</p>
Перейти на страницу:

Похожие книги