В одном из египетских монастырей один из монахов добивался должности, которой не был достоин. Игумен не считал достойным его и однажды сказал, что прп. Пахомий не считает достойным его этой должности (хотя Преподобный и не говорил этого игумену монастыря).
Монах в сильном гневе почти насильно повел игумена для объяснения с прп. Пахомием. Они пришли к последнему, когда тот был на стене, которую он сам возводил вокруг монастыря. С гневом монах начал кричать Преподобному: «Сойди, чтобы доказать мой грех, Пахомий лжец».
Кроткий Пахомий вначале ничего не отвечал грубому монаху, но тот продолжал свою брань.
Поняв душевное состояние инока, Преподобный спокойно сказал: «Прости меня, я согрешил, а ты никогда не согрешал?»
Гнев монаха утих. Отведя в сторону игумена, Преподобный узнал в чем дело и затем дал такой совет игумену: «Послушайся меня и исполни его просьбу, чтобы душу его вырвать из рук врага».
Получив то, чего домогался, монах через несколько дней раскаялся в своей грубости в отношении Преподобного и пошел к нему просить прощения. Он сказал Преподобному: «Бог знает, что если бы ты не был великодушен ко мне и сказал бы мне одно грубое слово, то я, грешный, оставил бы монашество и снова сделался бы мирянином. Будь же благословен, человек Божий, потому что Господь оживил меня через твое великодушие».
Будем помнить, что лишь любовь будет прокладывать родителям путь к сердцу детей, и не отталкивать их и при наказаниях. Если детское сердце не ожесточено, то совесть ребенка сама будет изобличать его в таких случаях.
И если ребенку привита мысль о необходимости претерпеть за проступок, то он сам будет чувствовать удовлетворение, перетерпев наказание: ведь солнце особенно приятно светит и особенно нежно греет именно после грозы. Наказание есть страдание, а страдание очищает и просветляет душу, если переносится со смирением.
При частом наказании детей может, однако, возникнуть опасность ожесточения их сердца, угасания их любви, отчуждения от родителей и проявления уныния. Это большая опасность, и родителям надо тщательно избегать ее.
И если нельзя избежать наказаний, то надо иметь в руках средство, чтобы не допустить все перечисленные выше дурные последствия, которые могут проявиться после наказаний. Такими средствами (помимо горячей любви) являются похвала, различные поощрения и награды.
Но похвала может приносить вред и развивать в детях тщеславие и самомнение? Это действительно так, если детей всегда только хвалят. Поэтому на похвалу нужно смотреть как на лекарство, которое можно и должно применять, но применять умеренно – с рассудительностью. Вместе с тем, она является и могучим средством поощрения ребенка к трудолюбию, старанию, аккуратности, послушанию. Без нее не обойтись при воспитании. А тот вред, который приносит похвала (развивая тщеславие и самомнение), надо уничтожать развитием в детях христианского смирения. Это достигается примерами из жизни благочестивых христиан, изучением Евангелия и образцами смирения из жизни святых и подвижников благочестия.
Детям надо внушать также, что все таланты и способности даны нам от Бога и ими нечего гордиться. От способных же больше и требуется, так как «от всякого, кому дано много, много и потребуется» (Лк. 12, 48).
В некоторых случаях, может быть, потребуются уроки, подобно описанному ниже.
В Дивеевском монастыре жила вдова со своей дочкой. Девочка была красива и часто слышала похвалу своей наружности. Это развило в ней тщеславие и склонность наряжаться. Чтобы исправить девочку, мать попросила одну из инокинь дать девочке урок в этом отношении. При встрече с девочкой эта сестра говорит ей в присутствии других: «Что с тобой, как ты подурнела?» Слова произвели на девочку глубокое впечатление, и она оставила страсть к нарядам.
Чтобы согревать в детях ревность к добродетелям, кроме похвалы, нужны также и различные поощрения – подарки, сладости (в умеренном количестве), разумные развлечения, посещения знакомых. Все это должно даваться детям как следствие их достойного поведения и прилежания.
Пусть дети чувствуют, что от родителей они имеют всегда внимательную и справедливую оценку своего поведения. И что если все их проступки не остаются без наказания, то и все доброе в их поведении принесет им утешение и награду.
Как уже говорилось выше, целью увещевания и обличения ребенка является пробуждение в нем сознания своей вины и желания исправления. Если это достигается, то духовная одежда ребенка убеляется его покаянием.
Наглядным примером такого просветления души ребенка является нижеследующее письмо восьмилетней девочки своей матери (приводится в орфографии оригинала):
«Каюсь во всем.
Каюсь в том, что я тебя и папу не слушала. Каюсь я, что Витю обижала. Сознаюсь в том, что когда ты уходила, то я, как будто жулик, встаю на Витину кровать и отрезаю я кусочек хлеба и ем.
