Слюнявый судорожно кивнул и обиженно замолчал. Он сидел и спокойно смотрел по сторонам, пока не заметил, что они уже выезжают из города.
- Далеко еще? - нетерпеливо спросил он.
- Нет, скоро приедем...
Но ехали они еще долго, и вдруг Слюнявый почувствовал какое-то беспокойство: дело в том, что ему показалось, что он узнал место, куда они приехали. Малаховка? Точно - Малаховка! Зачем привез его сюда Амиран-Мартали? Беспокойство еще больше усилилось, когда машина остановилась: Слюнявый узнал и место, где он сжег когда-то несчастную женщину с ребенком.
- Узнаешь? - тихо спросил Амиран.
- Вроде... - не очень уверенно ответил тот. - Кажется, здесь и жила та кобла!
- Кажется? - нахмурился Амиран. - Или точно?
- Столько лет прошло... - Слюнявый внимательно огляделся и уверенно бросил, взмахнув рукой в сторону бывшего пепелища: - Точно, здесь! Но зачем мы сюда приехали?
- Хочу записать твои откровения прямо на месте совершенной тобой... Варднадзе сделал паузу, подумав, что рановато наезжать на этого ублюдка: сначала он должен все повторить о лысом Нуге на видеокамеру, а потому добавил: - работы!
- Зачем? - испуганно спросил тот.
- Ну не для ментов же! - с усмешкой успокоил его Амиран и добавил: - Для сходки...
- Понял! - повеселел тот. - Давно пора кончать с этим скрягой! Все расскажу! Записывай, Амиранчик...
Амиран включил камеру, и Слюнявый действительно во всех подробностях расписал, как Джана-швили приказывал ему и его "пацанам" "мочить" тех, кто сочувствовал Амирану, а потом и о том, как лысый Нуга поручил ему сжечь женщину с ребенком.
Когда Слюнявый закончил, Амиран, не выключая камеру, спросил его:
- А ты, Слюнявый, не догадываешься, почему я тебя привез сюда? Ведь ты мне не говорил, где находился этот дом? - В голосе его появился металл.
- Нет, не догадываюсь. - Слюнявый еще улыбался, думая, что "Вор в законе" с ним играет и сейчас расскажет какой-нибудь забавный анекдот.
- Женщина, которую ты сжег, - моя жена, а девочка - моя дочь!
Только сейчас до Слюнявого дошло, какое злодейство он совершил по отношению к Амирану-Мартали. Его охватил животный ужас, он упал на колени и буквально взвыл от страха:
- Амиранчик, дорогой, я не знал! Сукой буду, не знал! Мне и в голову не могло прийти, что эта лысая падла может решиться на такую жуть! Хочешь, я эту паскуду голыми руками удушу? - Этот подонок, прекрасно понимая, что творится сейчас в душе Амирана, пытался спасти свою шкуру.
Амиран выключил камеру и осмотрелся вокруг: для задуманного им место не подходило.
- Ладно, их уже не вернешь, но Нуга должен получить свое, ты прав! - Он говорил спокойно и, как всегда, уверенно. - Садись, поедем домой...
Мысленно благодаря Бога за свое неожиданное спасение, Слюнявый наклонился и стал целовать ботинки Амирана-Мартали.
- Поверь, я отслужу тебе! Собакой, рабом буду, глотку за тебя любому перегрызу...
- Ладно, поехали! - скрывая брезгливость, перебил его Амиран.
Выехав из Малаховки, Амиран свернул с дороги в небольшой лесок.
- Помочиться нужно: дальше негде будет! - пояснил он.
Еще не отойдя толком от пережитого, Слюнявый и подумать не мог, что его опять ожидает беда...
Когда они вышли из машины, Амиран вдруг приказал:
- А теперь расскажи, как на самом деле ты все проделал с ними! Только не ври: я не Нугзар, ремней из тебя нарежу!
Он проговорил спокойно, словно не угрожал, а обещал купить билеты в кино. Но от этого спокойствия у Слюнявого побежали мурашки по спине и потек холодный пот.
- О чем ты хочешь узнать? - чуть не всхлипывая, спросил тот.
- О том, как ты насиловал их!
- Амиранчик, сукой буду, она сама...
- Что ты сказал, падали кусок? - взревел Амиран и вытащил из-за пояса свой родовой грузинский кинжал. - Правду говори или на куски порежу! - В его глазах появилось нечто демоническое, зловещее. - Скажешь правду - шанс будет!
- Правду скажу, клянусь! - заверещал Слюнявый. - Она без памяти была, когда я ее трахнул, гадом буду! Она даже ничего не чувствовала...
- А девочка?
- Я... я... я... - Он понял, что не может признаться отцу в том злодействе, которое совершил с его дочерью.
Амиран аккуратно воткнул в землю родовой кинжал и вынул острый стилет, когда-то подаренный ему старым другом Васо Каландадзе.
- Говори! - Амиран приставил к его уху стилет. Сталь неприятно холодила кожу.
- Нет, не могу! - выкрикнул подонок.
Амиран чиркнул стилетом, и ухо Слюнявого упало на землю: фонтаном хлынула кровь.
- А-а-а! - взвыл тот от боли и страха. - Пощади, Амиранчик!
- Говори, паскуда! А то и башка отлетит! - Амиран приставил стилет к его горлу.
- Да! Да! Да! - истерически завопил Слюнявый. - Ее тоже! Прости, умоляю! Он вновь бросился на колени.
- А ты бы простил? - устало спросил Амиран, а потом, когда тот не ответил, добавил: - Выбирай: сам вздернешься... - он бросил ему веревку, прихваченную из дома, - или мне позволишь отвести душу, отрезая от тебя по куску твоего вонючего мяса?
