В нашем маленьком городке моя семья славится двумя вещами:Наша ежегодная рождественская вечеринка.И…. Наша вражда с семьей Пирс.Наши семьи ненавидят друг друга. Эта история стара как сам Святой Ник.Представьте себе, что происходит, когда безобидный спор с Джексоном Пирсом заканчивается тем, что мы оба оказываемся за решеткой на всю ночь.И как будто это было недостаточно плохо… Наказание за наше преступление?Единственная рождественская вечеринка, которую нам разрешено провести вместе.В ратуше.Но… Дальше — хуже.Это значит, что я буду вынуждена проводить время с Джексоном и его огромным эго, пока мы будем планировать вечеринку и как-то удерживать наши семьи от удушения друг друга мишурой в этот праздничный сезон.Не помогает и то, что он раздражающе привлекателен и из кожи вон лезет, чтобы задеть меня.В своих старых, грязных рабочих ботинках и с дурацкими венами на предплечьях он врывается в мою идеально организованную жизнь и оставляет все в беспорядке.Сможем ли мы выжить в этом… праздничном поединке или вернемся к тому, с чего начали?
Санта, я влюблена в преступника
Эмма
Я люблю Рождество
Это о многом говорит, ведь Рождество ― это
Просто есть что-то… причудливое в падающем снеге, мерцании огней на елке, свежем запахе хвои и ели. Традиции и семья. Волнение, которое испытываешь, когда просыпаешься рождественским утром и спешишь к елке. Чувство невинности и удивления, которое сохраняется на протяжении многих детских лет.
Однако Джексон Пирс
― Эмми, ― говорит он, высокомерная ухмылка дергается в уголках его полных губ. Мне сразу же хочется стереть ее с его глупого красивого лица.
Даже
Он высокий, по крайней мере, выше шести футов трех дюймов, с волосами каштанового цвета и щетиной. Высокие скулы, теплые глаза цвета виски, сильная, острая челюсть. Он всегда был красив, и, по правде говоря, это только усиливает мое отвращение к нему.
Как он смеет быть таким привлекательным и при этом самым раздражающим мужчиной на свете.
И как же грубо судьба и вселенная свели нас вместе в Клубничной Лощине, которая порой кажется самым маленьким городком в Америке.
―
― Я знаю. ― Он ухмыляется, снимая с полки куклу Санты и вертя его в руках. Я стараюсь не смотреть, как пульсируют толстые мышцы его предплечий. Он знает толк в том, чтобы закатывать рукава фланелевой рубашки и демонстрировать свои горячие, покрытые венами предплечья. ― Как ты думаешь, почему я это делаю?
Закатив глаза, я отхожу в сторону, желая, как можно скорее избавиться от этого разговора и от
Все, чего я хотела, ― это зайти сегодня в магазин и забрать щелкунчика из ограниченной серии, которого я так терпеливо ― ладно, хорошо,
И дело не только в том, что он делает все возможное, чтобы нажать на мои кнопки, или в том, что его эго размером с городскую площадь, или даже в том, что он называет меня Эмми только для того, чтобы заставить мою кровь закипеть, что вызывает у меня абсолютную ненависть к нему.
Конечно, все это лишь усиливает и без того пылающий огонь.
Но настоящая причина нашей с Джексоном Пирсом ненависти друг к другу связана с тем, что наши семьи враждовали на протяжении десятилетий.
Пирсы против Уортингтонов.
Наша давняя вражда длится уже более тридцати лет, начиная с того момента, когда наши родители впервые встретились.
Капулетти и Монтекки в исполнении маленького городка.
Хэтфилды и МакКои.
Джек Фрост и Санта Клаус.
Гринч и Кто.
Противостояние, неподвластное времени и, иногда, рациональному мышлению.
Так что даже если бы он не был врагом номер один по всем тем причинам, которые я перечислила, мы были рождены, чтобы ненавидеть друг друга.
Он просто облегчает эту задачу.
― Что вытащило тебя из особняка, Эмми? ― Он снова вторгается в мое пространство, и я чувствую запах одеколона, которым он пользуется. Бергамот и теплая амбра. Пряности.
Он пахнет восхитительно.
Добавьте это к списку того, что я в нем ненавижу.
― Это не твой автобус…
― О, она здесь из-за нового щелкунчика! Боже, вы знаете, я не могу заказать их с запасом. Жаль, но производитель говорит, что это последнее пополнение в этом сезоне. ― Милая, дорогая старушка Клара жестом показывает на одинокого щелкунчика на полке, и мои глаза расширяются.
Нет. Нет. Нет.
Этого не может быть.
Мой взгляд возвращается к Джексону, чья бровь вопросительно приподнята. На мгновение никто из нас не двигается.
Мы молча смотрим друг на друга.
Его глаза перебегают с меня на фигурку и обратно, и я словно читаю его мысли.
Я точно знаю, к чему это приведет, и поэтому первой делаю шаг, бросаясь к полке, чтобы схватить его.
Но, конечно, так не бывает. Почему
Мы оба одновременно хватаемся за щелкунчика, наши взгляды устремлены друг на друга, и каждый из нас держится за него, не собираясь отпускать.
― Отпусти его,
Он тянет его обратно, увлекая за ним и меня. ― В твоих мечтах, Эмми.
Дергаю. ― Боже, ты самый раздражающий человек, которого я когда-либо встречала. Как будто тебя действительно волнует этот чертов щелкунчик. Ты явно хочешь его только потому, что он нужен мне.
