Первое оружие диверсанта — нож. Ножей у нас по три штуки. Походный шанцевый "Оборотень". Ну, тот самый, у которого половинки рукояти в обе стороны тела ножа вертятся. С одной стороны — лезвие, с другой — пилки разные. Им и копать можно и прочее. Второй нож — боевой. Третий — самый острый и короткий. Для мелкой работы и метнуть в случае чего можно.
Второй друг диверсанта — автомат. 7, 62 естественно. Приклады металлические, складные, подпилены таким образом, чтобы отдача шла по линии выстрела в центр приклада. Ствольную коробку рассверливали сами — под крепление для прицелов. Снизу — колиматорный, сверху — оптика. Или ночной можно посадить.
Почему-то принято считать, что из автомата огонь ведётся автоматический. Это вас кто-то обманул. Бывает, конечно, и такое, но крайне редко. Например, во время съёмок художественных фильмов. Так на экране красивше. Или, к примеру, если противник наступает рядами и колоннами в тесном строю. Тут тоже можно. По-настоящему автоматический огонь ведётся в качестве заградительного. Например, по низко летящей воздушной цели. "Взвод! Ориентир — группа берёз, три пальца влево, кулак вверх, заградительным… огонь!" но это больше для пехоты. Когда обложился цинками с патронами и боеприпасов не жалеешь. А реальный рейд — это вам не компьютерная стрелялка, где в каждом углу по аптечке со складом боепитания. Тут что на себе несёшь, то и твоё.
Поэтому наш брат спецназовец огонь ведёт почти исключительно одиночными. По принципу: одна пуля — один труп. Требуемая частота прицельного огня легко достигается частыми нажиманиями на спусковой крючок. Это пехота, царица полей, может позволить себе пугать супостата пулевым свистом над головой. Психологическое воздействие огня спецназа достигается другими целями. Редко, но метко. Как в лозунге на стенах казарм легионеров Древнего Рима: "Лучше меньше — но лучше". Помнится, какой-то царь, увидев легион римлян, пренебрежительно засмеялся и сказал: "Их слишком много для посольства и слишком мало для битвы" И оказался в корне не прав. Так вот, со спецназом — то же самое.
Подствольников мы не носим. Эта лишняя тяжесть — тоже для царицы полей. Спецназ пользует пращами и лягушками.
Праща — это когда к телу гранаты привязывается длинный шнурок. Тут хитрость в том, чтобы долго не крутить, а за раз махнуть, куда надо. Потому как только чека вылетела, так тут же счёт пошёл.
Взрыватель для пращи тоже видоизменяется. Берётся калёная булавка на коротком шнурке и втыкается вместо стандартной чеки. Потом берёшь пращу за длинный шнурок, ногой наступаешь на короткий. Выбрал цель, махнул рученькой. Как поётся: размахнись плечо, раззудись, рука. Или плечо раззудись?.. Не помню. Ну, в общем, вы меня поняли.
Цель метр на метр поражается до сорока метров. Три на три — метров с 60 — 70. А цель пять на пять — до ста. Вполне достаточно.
Лягушка — это три пращи, связанные вместе. Короткие шнурки на конце в узелок вяжутся. В горах, в городских ущельях, в иных аналогичных условиях тройка "лимонок" роту посечёт. А если в плотном строю: две — три "лягушки", и в телах даже штыком ковырять без надобности.
Штыки у нас тоже свои. Кованые трёхгранники. Называются "гуманизаторами". По аналогии с резиновыми "демократизаторами" полицаев. Именуются штыки по последствиям своего применения. Долго мучающихся раненых после удара нет. В принципе.
Вообще-то этот штык шёл специально к мосинской трёхлинейке. Сконструированной под штыковые бои. Только на трёхлинейке можно полноценно выполнить "русский удар". Это когда штык входит сверху вниз наискосок, а потом противник просто перебрасывается через себя. Дальше — прикладом в рыло, чтобы замах не пропадал, ну и по новой всё.
С автоматом такое не пройдёт. Поэтому вариация "русского удара" для автомата немного иная: сверху вниз наискосок, а потом левая рука фиксируется, а правая выполняет круговое движение. Гуманизм обеспечен: никаких подранков.
Ёка взял свой любимый ТТ, а я — наган. Питаю слабость к револьверам. У них не бывает перекоса патрона, а на молоке обжёгся — и на воду дуешь. Тем более, что наган — единственная конструкция, идеально подходящая для работы с глушителем. У него перед выстрелом барабан подаётся вперёд и запирает канал ствола. Сочетание преимуществ револьвера и пистолета. Патрон, правда, слабенький. Да на десяти — пятнадцати метрах и его хватает. А то, что перезарядка медлительная, то "тихоня" на общевойсковой бой и не рассчитан.
Чингиз обходится ножом. Стреляющим. Афганский трофей папеньки. На пять лезвий. Мы с Ёкой завидуем белой завистью.
Ну, еда-вода, прочая хурда-мурда, это само собой. Но на всякий случай запаслись всем необходимым. Как говорится, едешь на день, бери хлеба на неделю. Своя ноша не тянет, хотя солдату в походе и иголка — груз. Впрочем, мы не солдаты, мы — спецназ. Положение — обязывает.
