— Опасное?
— Непонятное. Надо проверить.
Артур связался с дежурным. Это был Готхольд.
— Имир что-то почуял. Выйдем посмотреть. Смотрите за нами.
И они вышли на улицу.
Артур не заметил, как рядом с ними появилась фигура.
Прошло несколько секунд, пока Артур не уяснил для себя, не понял, не врубился, не усёк, не въехал, что эта, на первый взгляд ничем не привлекательная фигура, и есть — Мосет.
Мосет иронически улыбался. В его мимике и моторике было нечто от Голливуда. На зрителя. Хотя данные зрители знали истинную цену и ему и его проявлениям.
— Это хорошо, что ваше сознание открыто. Ибисы Тотигусигария, — вот уж не знал, что они выжили! — это достаточно неприятно даже для МЕНЯ.
Улыбка. Нечто типа "американского оскала" Карнеги.
Только без зубов. Потому что зубы зоххаков не предназначены для фотографий.
Артур оцепенел.
Имир вздохнул и пробудился. Впрочем, его движения и речь были настолько заморожены, что Артур даже диву дался — жив ли он?
— Мёртво-существующий нуждается в их помощи, чтобы вернуться в не-сущестование?
Сатанинская ирония высмеивания живого. Трудно иначе выразить отношение к тем эмоциям, которые проявлял Мосет. Представьте себе существо, которое изначально представляет себя настолько выше вас, что любые ваши проявления затрагивают его не более, чем "свинью под дубом" что-то иное, кроме желудей.
— Существование в любой форме лучше, чем ваше "возвращение в иноматериальное". Лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным, — вот она, высшая мудрость нашего мира.
— Игра по условиям нежити может окончиться только победой нежити. А те, кто ходит сейчас по улицам, особенно в мегаполисах, в большинстве своём играют на вашем поле.
Мосет сатанински улыбнулся:
— Ну что же, это говорит только о том, на чьей стороне народ.
— Не поймут, — сатанински усмехнулся Мосет. — Не успеют. Моё сознание менее сильно, чем в прошлом, но сохранять стоячую волну вашей последней, — до моего контроля, — вибрации не сложно. Ваши нынешние вибрации надёжно укрыты колпаком. Моим колпаком. И сейчас ваши диспетчеры уверены, что воспринимают ваше небольшое беспокойство по поводу происходящего. Очередная ложная тревога, всего лишь. Да, я понимаю ваши надежды. Если ваша вибрация не изменится в течение пяти минут, вас наверняка придут проверить. Но мне нужно намного меньше. В первом варианте действия я брал бы всех вас в плен. Для последующего допроса и уничтожения самым выгодным для нас образом.
Но сейчас я получил информацию о присутствии здесь ибисов и самого Гргура, — я искренно признателен юноше! Я даже прощаю ему ту глупую выходку в том подземелье. Сейчас я просто-напросто уничтожу вас.
Мосет снял со спины маленький кожаный рюкзачок и встряхнул.
— Мудрость подразумевает просчёт всех вариантов. Здесь, внутри, ноль одна килотонны. Для вашей берлоги этого будет вполне достаточно. А знаете, кто будет носителем?
Мосет развлекался. Эта черта объединяет всех носителей шелоб-сознания. Они обожают в глаза поиздеваться над бессильным. Унижение беспомощного даёт им одно из наиболее объёмных выбросов в кровь эндорфинов. А заодно тренирует дневное сознание в нужном для Сета направлении. Вырабатывает потребность в дальнейших аналогичных переживаниях. Ведь, по сути говоря, тренировка есть ни что иное, как регулярное повторение одного и того же. Движения. Эмоционального переживания. Поступка. Культурист регулярно поднимает железо и получает объём мышц. Алкоголик регулярно поднимает стакан и получает цирроз печени. Оба процесса можно определить как тренировку. Только с разными целями. Suum cuique, как говорится. Каждому — своё.
— Носителем будет крыса. Мутант из метрополитена. Изумительные существа. Верные, преданные. Не совсем точная копия Низших Коцита, но — вполне достаточные для современности. Самое главное — эти помощники Властелинов обладают нужным направлением сознания.
Появилась крыса. Величиной поболее кошки, но поменее овчарки. Крыса сверкнула ненавистью в сторону Артура и Имира, оскалила ряды треугольных зубов, дёрнула голым хвостом. Затем подбежала к Мосету и потёрлась о его ноги. Покувыркалась в пыли между носками его ботинок. Затем изогнулась и прижалась боком к ноге своего Властелина, выставив в сторону Повелителей хвост и морду, оскалила зубы.
Мосет удовлетворённо фыркнул.
— Прелестное существо, не правда ли? Какой ум! Какая преданность!
Погладил крысу. Как кошку. Та завертелась в экстазе.
— Ну, ну, потише, моя красавица. Сейчас мы наденем на тебя вот эту упряжь. Вот так. Теперь ты готова к путешествию. Параллельной норкой под самый нижний ярус этой берлоги. Ах, если бы вы знали, — сколько трудов потратили вот эти вот милые бестии, картографируя внешние очертания вашего антиправительственного притона. Вы, я надеюсь, не будете возражать, что Властелины являются нынешним планетарным правительством?
Атомный боезаряд мощностью 0,1 килотонны напоминал металлический огурец. Или мяч для регби. И величиной практически такой же. Окраска — серый городской камуфляж.
