- Что это? - испугавших непонятных слов Юлька вжалась в сиденье.
- Не переживай, - усмехнулся водитель, - это я безопасникам нашим сообщил, пусть проверят. Не зря же Босс меня к тебе отправил…
Но Юльку просто затрясло от страха. Теперь ей казалось, что она видела преследователя и раньше. Когда ехала на такси из больницы. И от этого становилось еще страшнее. Кому она могла понадобиться так сильно?
У поликлиники Юлька с трудом вылезла из машины на ватных от ужаса ногах. В горле пересохло и ей казалось, что опасность угрожает ей отовсюду.
- Не бойся, - водитель рассмеялся, глядя на бледную девчонку, - я буду рядом. С тобой ничего не случится.
- Хорошо, спасибо, - пролепетала Юлька и вцепилась в рукав неожиданного защитника.
К терапевту она прошла без очереди. Водитель оказался просто кладезем нужных знакомств, один звонок и за ними вышла медсестра и под недовольное жужжание толпы завела в кабинет. Там ей открыли больничный до конца следующей недели.
Пока находились здании Юлька немного успокоилась, но в машине снова занервничала и то и дело оглядывалась назад. Но черного тонированного автомобиля уже не было. И Юлька успокоилась. Значит все решилось, слава Богу.
Если бы она лучше была знакома с Павлом — ее сегодняшним водителем, то не была бы так спокойна. Тот с силой сжимал руль и практически не отрывал взгляд от зеркала заднего вида. Но Юлька ничего не замечала.
К Сереже ее пустили в маске. Его уже перевели в обычную палату, и они долго обнимались, такими длинными им показались эти два дня друг без друга. И проболтали до обеда.
Сережа рассказал, что у него болела голова и была температура, но он думал, это продолжение насморка. Макс дал ему какие-то таблетки от простуды. И то, что все гораздо серьезно, стало понятно только тогда, когда Сережа потерял сознание.
- Сережа, - Юлька вдруг вспомнила кое-что, - ко мне опять приходил Сергей Николаевич. Он рассказал мне о воем здоровье гораздо больше, чем ты сам говорил мне. И это все он узнал от Макса… Хотя я не уверена, что все, что он говорили — правда.
Сережа мгновенно отстранился и спросил потухшим голосом:
- Он сказал тебе про эпилепсию, да? И что это теперь на всю жизнь?
- Значит это правда?
- Да… прости, что не сказал сам… но, знаешь, после таких травм, как у меня, мой первый приступ имеет все шансы стать последним. Я хотел подождать. Я бы рассказал тебе, если бы он повторился… И тогда бы я… я.. отпустил бы тебя, Юль. Жить с эпилептиком очень тяжело, и я не хочу тебе такой участи.
- Сережа, - Юльке стало больно, но она понимала почему он так поступил, - обещай мне кое-что… пожалуйста…
- Все что угодно, Юль…
- Обещай никогда мне не врать, пожалуйста. Это так больно, когда близкие врут, скрывают и недоговаривают… не будь как… как он, пожалуйста…
- Я понял… - Сережа нащупал ее руку, схватил и прижал к губам, - прости… я больше никогда не скрою от тебя ничего. Обещаю.
- И второе, - Юлька улыбнулась, - никогда не решай за меня что для меня будет лучшим. Мне все равно, Сереж… Даже если эпилепсия останется навсегда. Я люблю тебя. И мы со всем справимся. Вместе.
- Ты не знаешь, о чем говоришь, - Сережа покачал головой, - но, хорошо, я пообещаю тебе и это тоже. Но ты тоже должна мне кое-что пообещать.
- Хорошо, - Юлька погладила его по колючей щеке.
- Обещай, что если ты захочешь уйти, ты скажешь мне об этом честно. Не будешь терпеть и ждать, когда что-нибудь изменится. Обещаешь?
- Обещаю, - Юлька рассмеялась, - только я никогда не захочу уйти.
Сережа выдохнул, как перед прыжком в воду:
- Юлька, ты же знаешь, я люблю тебя. Очень сильно люблю. И я знаю, это совсем не подходящее место, но мы с тобой сейчас так откровенны друг с другом… а я боюсь, что опять буду ходить и мучиться и не решусь сделать этого в другой раз…
- Ты о чем, Сережа? - Юльку несколько встревожилась.
- Подожди, не перебивай, я делаю это в первый и, надеюсь, в последний раз. Не думал, что это так страшно… Юлька, ты станешь моей женой? Пожалуйста…
- Что? Какой женой? - Юлька непонимающе уставилась на брюнета.
- Единственной, Юль, и любимой…
- Сережа…. - ком в горле не давал ей произнести ни слова, - Сережа…
- Если ты скажешь «нет», я все пойму…
- Нет, - Юлька сглотнула ком, мешающей ей говорить, - я не скажу «нет»… Я скажу «да», Сережа… я люблю тебя…
Юлька была счастлива. Безусловно и бесконечно счастлива. Она шла по больничному коридору и ей казалось, что все вокруг радуются вместе с ней. Лечащий врач Сережи выгнал ее из палаты, сказал, чтобы шла домой, что на сегодня хватит, все же маска это такая ненадежная защита.
- Юля, здравствуй, ты уже уходишь? - остановил ее голос Алексея Михайловича.
- Здравствуйте. - поздоровалась Юля с родителями Сережи и вдруг сообразила, что если она выйдет замуж за Сережу, то они… - ой…
И густо покраснела от смущения. Как-то не приготовилась она к такому. Одно дело Сережа, который и так для нее самый близкий и родной человек, и совсем другое его мама и папа… они вроде бы чужие, но в то же время… ужас!
- Юленька, - улыбнулась мама Сережи, - ты что? Что случилось?
