Утром Юлька приехала на новое место работы на такси. Адрес производственной фирмы находился в промзоне, и плутать по улицам в поиске пути от остановки общественного транспорта, Юлька не хотела. Потом, вечером, после работы найдет. А сейчас важнее было прибыть вовремя.
Таксист привез ее к невзрачному серому зданию, возле входа в которое уныло стояли несколько человек.
- Девушка, - подал голос таксист, - а Вы уверены, что Вам сюда? Мне кажется это здание заброшенное…
- Если Вы привезли меня по указанному адресу, - строго ответила начальник экономического отдела Юлия Сергеевна, - то я уверена, что мне сюда.
Рассчитавшись, она вышла из машины и пошла к остальным, думая, что все это, конечно, несколько странно. Но может быть, внутри идет ремонт и еще просто не успели все закончить? Ведь компания-то новая…
Но ремонтом и не пахло. Здание было совсем, абсолютно необитаемо.
Юлька сначала подумала, что в записку закралась ошибка, и они все жертвы случайной опечатки, но телефон секретаря был вне зоны доступа. Причем звонила ему не только Юлька, но все остальные «счастливые» сотрудники…
Простояли они возле этого здания больше двух часов. Кое-кто уже начал расходиться, но Юлька не хотела верить, что все это было просто аферой, и она попала в их сети, как наивная дура. Через пару часов их осталось всего пять человек. И они все вместе отправились во вчерашний офис, потому что единственный известный им телефон так и был недоступен.
Но в офисе сидели совершенно другие люди. Оказалось, что этот кабинет сдается в аренду всем желающим. И арендовавший его до вчерашнего дня молодой человек благополучно сдал ключи на охрану после завершения договора аренды. Кроме молчавшего телефона, в договоре была указана сомнительная фамилия Иванов Иван Иванович и закорючка, сильно напоминающая крестик, вместо подписи.
- Надо подавать заявление в полицию, - сказал парнишка из числа пострадавших, - кто со мной поедет?
Юлька вскинулась, правда, полиция должна помочь и разоблачить мошенников, но взрослая полная женщина, которая даже успела всплакнуть от огорчения, ответила:
- Бесполезно. Сумма слишком маленькая, - она вздохнула и, достав платочек из объемной сумки, вытерла слезы и высморкалась, - в прошлый раз меня на смех подняли. Если бы, сказали, вы заплатили не тыщу, а одиннадцать, то другое дело. А с такими мелкими суммами это в мировой суд надо идти… а у нас ни фамилии, ни имени… ничего… а я ведь думала еще, - всхлипнула она, - слишком уж условия хороши… но понадеялась… мальчик-то каким порядочным выглядел…
Юлька была шокирована до глубины души… ну ладно, она впервые столкнулась с таким обманом, но эта женщина, говорит, что уже попадалась к таки аферистам… значит, таких много? Это что ж получается, теперь при поиске работы ей еще надо ухитриться как-то проверить, не мошенники ли это?! А как?!
- Черт, - выругался еще один пострадавший, - а я ведь еще и подумал, что странно как-то… кто ж за оформление деньги просит-то… когда на завод устраивался у меня ничего не просили…
- Если догадывался что ж повелся-то, - все еще вытирая слезы, буркнула женщина.
- Ну так… я на заводе больше тридцати лет отпахал… на прошлой неделе уволили… типа, по сокращению штатов… А на самом деле всех увольняют после 50… предпенсионный возраст же приближается… а там уже уволить нельзя будет. Вот они заранее и подсуетились… - мужчина, тот самый, что пах дешевыми сигаретами и перегаром на собеседовании, рассказал свою историю, вставляя нецензурную брань через каждое слово. Было видно, как ему больно говорить об этом.
Как же так, думала Юлька, переводя взгляд с сокращенного мужчины и плачущей женщины, это же неправильно!
Василий Петрович тоже увольнял мужиков с лесопилки, но только исключительно из-за пьянки и прогулов. А что вот так… из-за того, что работник стал слишком стар… Да дед Игнат там с самого открытия работает, хотя ему уже тогда было пару лет до пенсии, а сейчас, вообще, едва ходит. И чаще всего просто чай мужикам заваривает. Сил-то уже нет.
А тот обман, жертвой которого они стали. Да разве ж такое возможно там, дома, в поселке? Нет, конечно! Там же все друг друга как облупленных знают.
И вдруг ей так нестерпимо захотелось домой. Было такое ощущение, что она, Юлька, со всего маху вляпалась во что-то грязное и отвратительно пахнущее… и хотелось быстрее отмыться от этой вонючей субстанции в бане. Впервые за пять лет Юлька увидела эту обратную, неприглядную сторону города.
Остаток дня Юлька провела на скамеечке в сквере рядом с офисом. Никуда идти не хотелось. Хотелось спрятаться, забиться в щелочку и выплакаться. Но даже слез не было. Душа словно заледенела и заперла слезы внутри.
Все было плохо: работы – нет, денег – тоже, она вчера потратила больше, чем могла себе позволить, в надежде на будущие заработки, и даже жилья – нет. Через две недели она обещала Светке съехать.
