- Крхм! Аррм! Аррм! - откашлялся Репрев, поднимаясь из глубокого кресла. Его голос больше напоминал собачий лай. - Царь! Аррм! Аррм! Рразреши! Аррм! Рразреши задать вопрос! Вопрос! Вопрос! Когда! Аррм! Когда! Когда мы выступаем? Аррм! Аррм!
Кащей Бессмертный медленно повернулся, внимательно глядя на одного из своих воевод. Мохнатые уши Репрева встали торчком, в крохотных черных глазках застыло ожидание.
Среди войск Кащея псоглавцы занимают третье место по численности, уступая лишь навьям и татаровьинам. Невысокие, сутулые, покрытые шерстью. Холода им нипочем, но они тем не менее тепло одеваются, носят вяленые сапоги, кольчуги, округлые шлемы, украшенные разноцветными перьями. И в сражении псоглавцы хороши. Но вот на людских языках говорят с превеликим трудом - морды у них действительно скорее песьи, чем человеческие. Репрев один из всех умеет говорить по-настоящему чисто, да и то все время сбивается на гавканье и рык.
- Мы никуда не выступаем, - коротко ответил Кащей. - Хек. Хек. Хек.
- Но! Но, царь! Аррм! Аррм! Как же так? Аррм! Зачем! Зачем же тогда! Зачем ты ррр… рразоррил Ррратич?! Аррм!
- Именно для того и разорил, - спокойно объяснил старик в короне. - Чтобы не нужно было никуда выступать. Оттого и дожидался смерти князя Берендея.
- Ну, не то чтобы дожидался… - злобно хихикнул Карачун.
Кащей смерил морозного демона равнодушным взглядом, и тот оконфуженно замолк, растирая вечно ледяные ладони. Бессмертный царь не любил, когда его посланцы понапрасну болтали о выполненных заданиях.
Пусть и очень умело выполненных.
- Великий князь Глеб еще сравнительно молод, - снова заговорил он. - И как и его братья, он отличается горячностью - зачастую действует прежде чем подумать. Узнав о разоренном Ратиче и смерти князя Игоря, он соберет все войска, до которых дотянется в кратчайший срок, и бросится мстить. Бросится сюда, в мое царство, под стены Костяного Дворца. А здесь я неодолим. Мы встретим его. И раздавим. А уже потом спокойно двинемся на Тиборское княжество. Голое. Беззащитное. Обезглавленное. Это будет хорошая и легкая победа. Первая в бесчисленной череде побед.
Кащей вновь провел кончиками пальцев по блюду. Теперь там отражались уже привычные и знакомые картины - леса и поля русичей.
- На что похожа сейчас Русь? - задал риторический вопрос он. - На лоскутное одеяло, сшитое гнилыми нитками. Дюжина княжеств, населенных родственными народами. Все они родня друг другу, но согласия между ними нет ни в чем. В каждом княжестве сидит Рюрикович. Они меняются вотчинами, как сапогами, перекраивают границы вдоль и поперек, дерутся за каждый город, за каждое село. И каждый из них втайне лелеет мысль остаться единственным из Рюриковичей, взять всех остальных под свою руку. Для нас это очень хорошо - соседи не придут на помощь Тиборску. Владимир и Новгород предпочтут спокойно выжидать, кто из нас пересилит.
- Так почему бы просто не нахлынуть на Тиборск всей лавиной? - брюзгливо пробасил Тугарин. - Да что от них останется, когда по ним пройдутся наши орды? Один Горыныч перебьет всю княжью дружину! Зачем все эти вавилонские хитрости? Меч на меч - чтобы по-честному! Честь ящера…
- Ты прав, - кивнул Кащей, поднимая узкую ладонь. - И неправ. Прав в том, что одолеть войско князя Глеба в его нынешнем состоянии будет детской забавой. А неправ в том, что думаешь лишь одним днем. Ты считаешь, я собираюсь ограничиться одним только Тиборском? Нет. Мой замысел - полностью стереть с лица земли весь человеческий род. И вот это - задачка куда как потруднее. Если составить вместе все людские армии, сколько их есть, моя орда рядом с ними просто потеряется. Помните Крестовые Походы? Помните, сколько народу тогда нахлынуло на сарацинские земли? А в нашем случае может получиться и еще хуже - если мы слишком быстро разворошим этот муравейник, человеческий род может и позабыть мелкие распри. Как бы они ни враждовали друг с другом, мы для них - враги пострашнее. Мы - другие. Мы - не люди. И именно потому мы не должны раньше времени показывать, насколько в самом деле велика моя сила. Тиборск - первый ход. Следующим станет княжество Владимирское, вотчина сильнейшего из нынешних князей - Всеволода Многодетного.
- Большое Гнездо, - поправил Карачун.
- Не имеет значения. Хоть Большое Дупло. Хек. Хек. Хек. Важно то, что люди не должны слишком быстро раскусить нас. Пусть до поры полагают, что я не слишком силен - пока возможно, мы будем расправляться с ними поодиночке. Нельзя дать им понять, насколько в самом деле велика угроза. Будем выжидать. Будем имитировать слабость. Будем двигаться осторожно, беречь силы. В конце концов, торопиться мне некуда, я же Бессмертный.
- Но не все здесь бессмертные… - уныло сгорбился Соловей Рахманович.
- А всем и не нужно. Хек. Хек. Хек.
