Закончив наговор, Яромир вновь перевернул Ивана на спину, приоткрыл ему челюсть и вылил туда колдовской настой. Княжич некоторое время продолжал лежать неподвижно, а потом резко распахнул глаза и буквально взлетел на ноги, дико вертя головой. Смотрел он совершенно трезво - только перепачканная одежда свидетельствовала, что еще только что Иван мало отличался от свиньи.
- Утрись, - насмешливо бросил Яромир, роясь в котоме.
Иван брезгливо посмотрел на собственный воротник - там все еще виднелись следы рвоты. Пахло от княжича на удивление отвратно. Он дошел до родника и несколько минут безуспешно пытался привести себя в порядок. Выражалось это в размазывании по лицу грязи и непрестанном утирании рукавом носа.
- Садись, голь перекатная, поехали в Тиборск, к брату твоему, - неслышно подошел огромный серый волк.
Иван рассеянно кивнул, кое-как устроился на мохнатой спине, поправил налучье и кладенец, упирающиеся в правый и левый бока, и с трудом удержался, чтобы снова не опорожнить брюхо на траву. Яромир понесся так, что у седока помутилось в глазах.
А из-за кустов на исчезающих вдали оборотня с княжичем смотрели чьи-то глаза - злые, настороженные, похожие на трещины в старой коре. Шевельнулась рука-ветка, подволакивая к себе еще кого-то, помельче, и послышался шелестящий голос-скрип:
- Следуй за ними. Разыщи в Тиборске Жердяя. Передай ему, что я сказал. Эти двое не должны больше лезть в дела нашего господина. Понял ли меня?
- Бррр-бурр-бррр… - прорычали в ответ.
- Вот и хорошо.
Великий князь Глеб с силой ударил кулаком по столу. Тяжелая золотая чаша подпрыгнула, залив вином дорогой пергамент. Писец тут же выхватил драгоценный свиток, укоризненно глядя на владыку.
- На сей раз он зашел слишком далеко! - прохрипел князь, невидяще пялясь в стену. - Никогда… никогда не прощу… брат… брат мой…
- Жаль Ратич… - вздохнул пожилой боярин, стоящий рядом. - Великий город был, богатый…
- Что мне твой Ратич! - вызверился на него князь. - Город не гора, отстроится! А вот кто мне брата вернет?! Молчите?! Молчите?!! Ну, черноризцы?!
- Господь позаботится о нем, княже, - смиренно наклонил голову старик в черной рясе. - Душа княжича уже у небесного престола…
- Что мне твой престол, владыко?! Почему Господь не позаботился о Игоре при жизни?! Али не бил он поклонов в церкве?! Али не ставил свечу каждой доске?!
- Не богохульствуй, княже! - повысил голос архиерей. - Как бы не поразило тебя молоньей небесной за такие словеса!
- Что же не поразило этой молоньей того, кто убил Игоря?! - скрипнул зубами Глеб. - Почему Костяной Дворец доселева стоит там, где стоял?! Почему?!! Верно волхвы глаголили, не дело мы сотворили, нельзя было Перуна со Сварогом изгонять! Они-то уж позаботились бы…
- Опомнись, княже, послушай, что речешь! - разъярился отец Онуфрий. - О идолищах поганых сожалеешь, Господа хулишь попусту! Лучше подумай, как сделать, чтоб никого более участь сия печальная не постигла! Вот о чем думай!
Князь слегка остыл. Он еще раз ударил кулаком по столу, но уже как-то вяло, без усердия. Просто чтобы показать, что все еще сердит.
- Что посоветуете, господа хорошие? - уже почти спокойно спросил князь. - Начнем с тебя, самобрат младший. Говори, Ваня.
- Думаю, надо снарядить поиски… - загорелись глаза у княжича.
- А-а-а, опять ты за свое! - раздосадованно отмахнулся Глеб. - Стыдись, Иван, наслушался бабьих сказок… Война не сказкой выигрывается, а мечом добрым, да конем ретивым!
- Так я же о том и говорю… - слегка потух взгляд Ивана.
- Садись… - скривился Глеб. - Кто еще что посоветует?
- А шта-а тут советовать? - удивился седоусый воевода. - Бить надобно! Собираться всем миром, да, значит, и идти бить его в хвост и гриву! А то шта-а он, понимаешь, о себе возомнил?! Али непобедимым себя считает?
- Да вот, не побеждал его пока никто… - снова скривился Глеб.
- Господь да пребудет с тобой, чадо, - благочестиво наклонил голову отец Онуфрий, осеняя князя крестным знамением. - Уничтожь Зло и да сотворишь Добро.
- Эх, владыко, легко сказать, да трудно сделать… - вздохнул князь. - Может, Господь мне в помощь ангелов с мечами огнистыми пошлет? Ой, сомнительно что-то… Верно говорят люди - на Бога надейся, да сам не плошай…
