Предания Синих камней полностью

Возьмём в качестве стартовой точки приведённый фрагмент статьи К. И. Комарова. Именно он, как кажется, позволяет внимательному и думающему человеку устранить кажущуюся нестыковку: культ Ярилы – праздник Купалы – почитание Синь-Камня как «представителя Иного мира».

Для начала обратимся к, если так можно выразиться, теории этих праздников. Мы не раз подробно излагали своё видение традиционного календаря восточных славян, а потому позволим себе лишь краткое изложение основных позиций.

В архаичных представлениях большинства народов праздник – не единичное (однодневное) событие, а длящееся, многодневное. Во время праздника люди-участники находятся не в обыденном, а в «особом» времени. По М. Элиаде, «все обряды повторяют божественный архетип, и воспроизведение данного архетипа всегда происходит в современное ему мифическое, атемпоральное время»[101]. «Психологическая», или магическая, если угодно, подготовка к собственно празднику начинается примерно за неделю до соответствующей календарной даты. Даты эти, в свою очередь, обычно тяготеют к какому-либо знаковому положению солнца на небосводе Северного полушария – точкам солнцестояний или равноденствий. Связь с ними генетическая, восходит к древнейшим временам индоевропейского ещё единства, но в реальном календаре в силу множества причин она не всегда прослеживается однозначно. Помимо сразу приходящего на ум влияния церковного календаря с присущими ему ограничениями и своим набором значимых дней, которые тоже имеют свои параллели с астрономическими событиями (что ни говорили бы нам апологеты по этому поводу), есть и причины климатогеографические. Восточные славяне занимают и занимали в Средние века большие территории, значительно «вытянутые» по широте. Разница между плодородными землями и сравнительно мягкими зимами современной Украины и зоной рискованного земледелия в районе Новгорода Великого и Пскова, где летом издревле считали всего пару месяцев, весьма велика. Понятно, что какой-нибудь праздник первых всходов на юге и на севере Европейской России должен был отмечаться в разные дни, на юге – раньше, на севере – позже. Как следствие, обряды и обычаи смещались, а по мере забвения первоначальных вариантов смешивались и накладывались на другие события.

Вот почему, когда современные горожане вдруг начинают вспоминать о «вере предков» и народном обычае, у них получается эдакий абстрактный рафинированный, придуманный от ума календарь. Одно дело – земледелец, который жил на земле и включал в свой повседневный опыт вековые накопления в виде примет, фенологических наблюдений и уже отдельно каких-то мифологических представлений, но совсем другое – человек, который в лучшем случае имеет в деревне бабушку, бывает у неё раз в год по обещанию или выезжает на дачу и там растит петрушку в паузе между шашлыками и купанием. Иронично, но никуда не денешься. То же и с народной праздничной обрядностью. Те, кто в ней вырос, воспринимают её совсем иначе, чем прочитавшие о ней в книгах, даже самых лучших. И если по каким-либо причинам на определённый праздник в данной конкретной деревне не принято то или иное, а принято третье или четвёртое, едва ли их устроит некое заимствование, вводимое по принципу «но так же делали». «А вот у нас (отсылка к нашим предкам, нашему “божественному архетипу”, ими олицетворяемому) делали иначе. Так и я буду делать». Впрочем, новое мифотворчество уже апеллирует и к этой традиции, неоднократно приходилось слышать, что вот в семье имярек на деле тысячу лет, игнорируя общество и церковь, молились языческим богам и пр.

Поэтому, занимаясь действительной реконструкцией вариантов архаического календаря, приходится очень тщательно выискивать ключевые общие точки и уже относительно их пытаться установить, к какому времени могло относиться формирование того или иного обряда, обычая, поверья.

Интереса ради приведём один из вариантов месяцеслова: