— Чего? — встревоженность Насти начала мягко переходить в удивление.
В это время я грызла край одеяла и пыталась не думать об… об…
— Ну… того…
— Чего того? — удивление теперь стало не так плавно, и гораздо быстрее перетекать в раздражение.
— С-секса.
— О!
— Угу!
— С кем-то определенным или вообще? — лукаво поинтересовалась подруга.
— Это имеет значение?
— Еще какое.
— Да, ладно! Да что же такое? У меня даже живот болит, разве такое вообще возможно? — слезы готовы были уже пролиться водопадом.
— Стара?
— Что?
— Ты хочешь Стара?
— Ну… технически…
— Иди, предложи.
— Ты что, рехнулась? Уважаемый сир-куратор, а можно я вас… залюблю? Меня выпрут быстрее, чем я собственное имя произнесу.
— Во-первых, он сейчас в отпуске, во-вторых, он не женат, в-третьих, ты — почти двадцати двух-летняя баба, у большинства ваших в это возрасте уже по двое детей. А ты не можешь мужика на секс уломать?
— Как будто ты можешь? — огрызнулась я, отшвыривая одеяло.
Огромная лыба на весь экран.
— А то! Мой троюродный братец уже копытом бьет под дверью.
— О, свет всемогущий! До чего ты опустилась?!
— И, кстати, мне кажется, что наш тренер к тебе не ровно дышит. И уже давно.
— Ага, при виде меня уже пять лет у него тахикардия! А может, я чего-то не то съела?
— Мужика тебе надо! Давно уже! А то, как было с Леджем в меховых-снеговых годах, так и все.
— Никакого от тебя… сочувствия…
— А ты сходи к Стару, он тебе столько поз сочувственных покажет…
— А как же неуставные?
— Наверняка они покрывают там друг друга, одни мужики же, и не на боевом вылете, а просто следуют в порт. Тем более, куратор в отпуске, и он еще тренер твой. Мало ли зачем вы решили уединиться у него в каюте, может, тактику разрабатываете?
На заливистом смехе я отключила датчик и чуть не швырнула им в стену.
Стар мне нравился, он был такой… такой… Такой, какой в моем понимании и должен быть мужчина.
Очнулась я у двери его каюты, пряча глаза от встречных членов экипажа и следящих камер. Это был трындец. Мозг бессовестным образом подсовывал картинки и подделывал ощущения.
Я постучала, и после фразы «войдите», нажала на кнопку открывания двери.
Стар сидел в кресле спиной ко мне. Перед ним в воздухе парило несколько текстов, которые он периодически менял, на столе стоял недопитый бокал, явно с алкоголем и по-царски раскинулись длинные ноги.
— Слушаю, — от его голоса засосало под ложечкой и ниже гораздо…
— А… я хотела спросить, может вам что-то надо, я просто собиралась пойти поесть? — что я делаю?
— Спасибо, я не голоден.
Он сидел в той же позе, тексты перед ним быстро перематывались по велению хозяина, от чего реально создавался эффект гипноза. Наверное, это было единственное, что побудило меня тихо пролепетать следующее…
— А может, стоит со мной переспать?
Стакан со стола полетел на пол от того, что длинные ноги нашего тренера дернулись, и сам он начал медленно поворачиваться ко мне.
Пискнув, мозг осознал то, что ляпнул язык, я вылетела из помещения и помчалась по коридору к своей каюте. Спрятавшись в крохотном убежище, зажмурилась и прижала ладони к лицу, чтобы хоть чуть-чуть снизить температуру щек и затолкать сердце, которое билось где-то у самого горла, на ему положенное место.
Я все еще пыталась отдышаться, когда меня развернули знакомые руки, отняв к тому же и ладони от лица, лишив последней защиты. И я с перепугу уставилась в янтарные глаза. Такое впечатление, что до этого глаз я таких не видела. Я в них вязла, как муха в смоле. А потом забыла, как думать вообще, губы мага накрыли мои, а его руки, не встречая никакого сопротивления, заскользили по моему телу.
Вот теперь у меня точно заболело внизу живота.
Он подхватил меня на руки и практически швырнул на кровать, при этом в полете умудряясь расстегивать кофту и брюки.
Только сейчас я поняла, насколько он сильнее меня. На тренировках, когда в крови бушует адреналин, все подчинялось желанию сломить его и нащупать границы его силы. Но здесь… Здесь тоже был адреналин, но границ не хотелось, казалось, он мог сломать меня, как тростинку. И мне очень хотелось, чтобы ломал. Я сорвала шнурок с его волос, от чего мужчина зарычал и впился в мою грудь, которая каким-то волшебным образом была уже свободна от белья… Как, впрочем, и я вся.
Я прижала его голову еще сильней, запустив пальцы в короткие сверху волосы и длинные у шеи, мягкие как шелк…
Когда он оказался между моих ног и замер, точно не решаясь, я выгнулась ему на встречу, позволяя скользнуть в меня. Его стон смешался с моим. Его имя, которая я так исступленно шептала, вплелось в мое, которое с упоением шептал он. Я просила, я умоляла, я целовала, я металась руками по его спине и бедрам, стараясь вжаться в него еще сильнее.
Я просто сходила с ума. Я помнила только янтарные глаза…
В какой-то момент он дернулся и покинул меня, заставив горло выдать почти звериное рычание. Он вздрогнул и, подхватив меня на руки, понес куда-то. Про то, что расстояние без него казалось мне огромным в моей маленькой каютке, как-то не вспомнилось. Все равно куда, лишь бы снова…
