— Атолии умудрился нажить себе столько врагов. А худший враг-женщина, сошедшая с ума от неразделенной любви, женщина, обладающая властью и деньгами, женщина с детства привыкшая получать то, что хочет. Они познакомились, когда Нииру было двадцать шесть, а ей тридцать три Она была звездой в своем круге и уже побывала замужем за военным, от кого и имела ребенка. Своими родственными связями и деньгами Скальда давала ход мечтам честолюбивого Атолии, у которого с родословной, к сожалению, были проблемы, и денег таких не было, какие необходимы, чтобы на пороге хотя бы потоптаться у власти, к которой он так стремился. А вы знаете, каков он! Политик, актер, он был таким рожден. Он прогнется там, где надо прогнуться, он будет камнем там, где надо им быть. Скальда влюбилась. Зная о разнице в возрасте, видя, как он покоряет женщин ее круга. Любовь превратилась в одержимость. Она шпионила, проверяла, выгоняла из его постели красивых и богатых проституток. И вот спустя семь лет брака она, получив очередное сообщение об очередной любовнице Ниира, окончательно спятила. Детей они так и не завели общих, но она прекрасно понимала, как он желал встать во главе своей империи. Она ударила по самому больному — по его способности продолжать род. Для мужчины, который пер, как астероид, наверх, к своей мечте, давя и калеча неугодных — это стало ударом. Она его травила. Потихоньку. Постоянное количество одного препарата, убивало в нем мужчину. Когда у него возникли проблемы, он списывал это на усталость и нервотрепку. Если бы он тогда понял, еще бы мог спасти свое будущее. Но он тоже был одержим гонкой. Пока не осознал, что своих потомков у него не будет, так он еще и с женщинами стал бессилен.
Мигающий курсор завис, ожидая, когда мысли собеседника обретут форму в словах. Через минуту символы снова побежали по экрану.
— Полагаю, сейчас его способность восстановилась. Вряд ли молодая женщина держалась бы рядом, не имей она удовлетворения, даже от такого мужчины. Хотя деньги и не такое могут!
— Завещание… Банк хранения! — вспомнилось мне.
— Да, она была сумасшедшей, но не дурой.
— Сбор биологического материала. Она собрала его сперму и в банк хранения положила?
— Догадливая. Да, мечта Ниира может быть исполнена. Не совсем, правда, естественным путем. Но искусственное оплодотворение — не редкость, особенно в межрасовом мире. Она хотела, чтобы он был ее, и дала бы ему его детей.
— Зачем вы мне это рассказали?
— При всем сумасшествии Скальды она была потрясающей женщиной, но слабохарактерной. А он сломал ее, хотя должен был холить и лелеять. Без нее Атолии не получил бы ничего и не стал бы тем, кем стал. Я ее любила, она была мне, как сестра. Но я и перед ним чувствую свою вину. Если бы я остановила ее тогда, не дала ей упасть в этот омут, все могло бы быть иначе.
— Почему вы рассказали мне это? — повторила я вопрос.
— Он не будет слушать, и верить не будет. Да, ему и не до этого. Но если он спасется — можете передать наш разговор.
— Разглашение — смерть.
— Я не буду требовать. Код 442856. На имя Аторина Солии.
— Аторин знал? Ему должны были сообщить.
— Я — исполнитель завещания. Да, я должна была, но не стала. Аторин не знает о том, что делала Скальда. И я не хочу давать ему еще одно оружие мести в руки, у него и так его предостаточно. Я всем сердцем надеюсь, что он не пойдет по стопам своей матери…
Офис Атолии я видела только на снимках, и, пребывая сейчас в тонувшем в холодном голубом свете, огромном шестиэтажном помещении с общим холлом, чувствовала себя, как в ледяной пещере.
Меня встретила хмурая уитриманка и, услышав имя, сразу провела в кабинет зама Советника.
Амира вживую я раньше не видела, но, как правильно предположила, он знал обо мне.
При близком рассмотрении его схожесть с дядей еще больше бросалась в глаза. Он был молод внешне, но взгляд выдавал в нем существо с нелегкой судьбой, что удивительно, для столь юного уитримана. Я мало знала о нем, все, что касалось Советника, всегда было тайной.
Зам встал, что было весьма благородно с его стороны, обычно не высокопоставленных любовниц так не приветствуют.
— Сира Ру-э.
— Сир Атолии.
— Вы настаивали на личной встрече со мной?
— Да, я нахожусь в некоторой растерянности. Сир Атолии, я не хочу тратить ваше время на «раскланивания». Вы же знаете, кто я?
— Да, мне известно о ваших отношениях с дядей.
— Это сильно облегчает задачу.
— Вы хотите денег?
— Нет, что вы? — я удивлено взглянула на холодное и хищное лицо Амира. Кот! Точно, как дядя.
— Понимаете ли, я имею некий предмет, руку к которому приложил ваш дядя. Возможно, он хотел бы, чтобы я передала его вам.
В глазах зама загорелось удивление и любопытство.
— Хм, не желаете ли пообедать где-нибудь?
— С удовольствием.
— Пойдемте.
Выйдя из кабинета, мы быстро пересекли холл и на лифте перенеслись на парковку, где загрузившись в флаер, полетели на восток.
